Исследования

За 2024–2025 годы опубликовано больше мета-анализов онлайн-терапии, чем за предыдущие десять лет вместе взятых. Учёные больше не спрашивают «работает ли?» — они уточняют «при каких расстройствах работает лучше всего?» и «какие форматы дают максимальный результат?».

В этом обзоре мы разбираем мета-анализы и систематические обзоры из ведущих рецензируемых журналов. Каждая цифра — со ссылкой на источник. Каждый вывод — на основании данных, а не предположений. Мы честно покажем, где онлайн-терапия доказала эффективность, где данных пока не хватает, и что это значит для вас — если вы думаете о терапии или уже в ней.

Важное уточнение: когда мы говорим «онлайн-терапия», мы имеем в виду работу с живым специалистом через интернет — по видеосвязи, реже в текстовом формате. Не приложения для медитации, не чат-боты, не записанные курсы. Живой терапевт, структурированная программа, регулярные сессии — просто через экран, а не в кабинете.

Масштаб проблемы: зачем миру онлайн-психотерапия

По данным ВОЗ (сентябрь 2025), более одного миллиарда человек на планете живут с ментальными расстройствами. Это каждый восьмой житель Земли. При этом разрыв между потребностью в помощи и её доступностью продолжает расти.

В США 71,4% врачей используют телемедицину еженедельно (AMA, декабрь 2025). Казалось бы, ресурсов достаточно? Нет. Опрос Американской психологической ассоциации (APA, 2024) показал: 53% психологов в США не имеют мест для новых пациентов. Спрос обогнал предложение — даже в стране с самым большим числом психотерапевтов в мире.

В России картина ещё острее. По данным ВЦИОМ и Российской газеты (2026), спрос на психологическую помощь в 2024 году достиг максимума за 15 лет. Число клиентов психологов выросло на 26% за период 2020–2024 — с 15,6 до 19,6 млн человек (BusinessStat, 2025). Мобильный трафик онлайн-психологических сервисов, по данным аналитиков Yota, увеличился на 116% за 2024 год. А 70–80% обращений к психологу в России уже приходятся на удалённый формат.

Глобальный рынок онлайн-терапии оценивается в $3,84 млрд (2024) и, по прогнозам GlobeNewsWire, вырастет до $14,1 млрд к 2034 году при среднегодовом темпе роста 14,3%.

Онлайн-психотерапия — это не «замена» очной. Это единственный способ масштабировать помощь так, чтобы она дотянулась до тех, кто в ней нуждается. И главный вопрос теперь — не «нужна ли она?», а «насколько она эффективна?».

Для человека, живущего в небольшом городе, где нет ни одного КПТ-терапевта, вопрос доступности — не абстрактный. Для мамы в декрете, которая не может выйти из дома на сессию. Для экспата, которому нужен русскоязычный специалист на другом конце мира. Онлайн-терапия — это не про удобство. Это про доступ к помощи, которой иначе не было бы.

Комментарий эксперта

Антон Демин, психотерапевт spokoino.me

«Эти данные действительно показывают, что проблема в целом растёт. И, скорее всего, мы видим сразу два процесса одновременно.

С одной стороны, действительно растёт тревожность, депрессивная симптоматика и общее психическое неблагополучие. И это отражает не только ситуацию одной страны, а более широкий мировой процесс. ВОЗ уже давно подчёркивает, что депрессия является одной из ведущих причин инвалидизации в мире, а в более ранних прогнозах организации указывалось, что к 2030 году депрессия может выйти на первое место по общему бремени болезни. При этом и сегодня ментальные расстройства в целом остаются одной из крупнейших причин длительной утраты здоровья и качества жизни.

С другой стороны, важно видеть и другой пласт: растёт не только сама нагрузка, но и выявляемость тревожных и депрессивных расстройств. Люди стали чаще обращаться за помощью, чаще замечать своё состояние, больше говорить о границах, самочувствии, эмоциях, выгорании, мотивации. И в этом смысле рост цифр отражает не только ухудшение, но и рост распознавания. Психическое страдание стало заметнее — и для самих людей, и для специалистов.

Поэтому здесь особенно важно не смешивать всё в одну линию. Дистресс сам по себе — ещё не диагноз. Симптомы — не всегда расстройство. А рост продаж антидепрессантов не равен напрямую росту распространённости депрессии. Это может говорить и о лучшей диагностике, и о большей обращаемости, и о снижении стигмы, и о том, что люди в целом чаще доходят до помощи, чем раньше.»

На  сервисе психологов онлайн “Спокойно”  первая сессия доступна в течение 24 часов — без ожидания в очереди.  Пройдите умную анкету

Методология: как читать мета-анализы

Мета-анализ — это исследование исследований. Учёные берут 20–100 отдельных экспериментов, объединяют данные и считают общий результат. Это самый надёжный уровень доказательности в медицине — выше отдельных клинических испытаний и тем более выше экспертных мнений.

RCT (рандомизированное контролируемое исследование) — золотой стандарт клинических испытаний. Участников случайно делят на группы: одна получает терапию, другая — нет (или получает другой вид помощи). Случайное распределение исключает систематические искажения и эффект плацебо.

Effect size (размер эффекта) — показывает, насколько сильно работает вмешательство. Измеряется коэффициентом d Коэна: малый эффект (d = 0,2), средний (d = 0,5), большой (d = 0,8). Для контекста: эффект аспирина на сердечные приступы — d = 0,07. Всё, что выше 0,5 в психотерапии, — серьёзный результат.

PHQ-9 — стандартный опросник депрессии из 9 вопросов. Используется практически во всех исследованиях, которые мы разбираем. Баллы от 0 до 27: 0–4 — норма, 5–9 — лёгкая депрессия, 10–14 — умеренная, 15+ — тяжёлая.

iCBT (интернет-КПТ) — когнитивно-поведенческая терапия, проводимая через интернет. Самый изученный формат онлайн-терапии. Бывает guided (с терапевтом) и unguided (самостоятельно, по программе). Разница между ними — колоссальная, и мы покажем это на данных.

Ключевое исследование: Lancet Psychiatry, 2025

В марте 2025 года журнал Lancet Psychiatry — один из самых авторитетных психиатрических журналов мира — опубликовал исследование, которое изменило дискуссию об онлайн-терапии. Не подтвердило то, что мы уже знали. Именно изменило.

Группа исследователей из Хельсинкского университета под руководством Тома Розенстрёма проанализировала данные 5 834 пациентов, проходивших терапию депрессии с декабря 2018 по декабрь 2022 года [9]. Одни получали iCBT с терапевтом (guided iCBT), другие — классическую очную КПТ (fCBT). Все данные были взяты из национальных реестров Финляндии — не из лабораторных условий, а из реальной клинической практики.

Почему это важно? Предыдущие мета-анализы, основанные на RCT, критиковали за нерепрезентативность. В клинические испытания попадают добровольцы — как правило, мотивированные, технически грамотные, без тяжёлых сопутствующих диагнозов. Розенстрём и коллеги использовали данные всех пациентов, которые обращались за помощью в реальной системе здравоохранения.

Для каузального вывода авторы применили метод контрфактического анализа с машинным обучением (Targeted Maximum Likelihood Estimation). Это позволило не просто сравнить две группы, а смоделировать: что было бы с каждым пациентом, если бы он получил противоположный вид терапии.

Результат: iCBT снизила симптомы депрессии по шкале PHQ-9 на 0,745 балла больше, чем очная КПТ (95% CI: 0,156–1,334). Онлайн-КПТ оказалась не просто «не хуже» — она показала чуть лучший результат. При этом курс iCBT включал в среднем 7 сессий (против 14 при очной терапии) и длился 9,4 недели (против 35).

70% участников — женщины, средний возраст — 35 лет. Выборка совпадает с типичным портретом клиента онлайн-сервисов психологической помощи.

«Наши результаты свидетельствуют о том, что краткосрочная терапевт-ассистированная iCBT как минимум столь же эффективна, как очная КПТ» — Rosenström et al., Lancet Psychiatry, 2025.

Почему это исследование — переломный момент? Потому что оно закрывает главную претензию критиков. До 2025 года защитники очного формата справедливо указывали: все данные в пользу iCBT получены в лабораторных условиях, с мотивированными добровольцами, в идеальных обстоятельствах. Розенстрём и коллеги взяли данные реальной системы здравоохранения — со всеми её несовершенствами, пропусками, dropout’ами — и получили тот же результат. iCBT работает не только в теории. Она работает в жизни.

Ещё один важный нюанс: стоимость. Курс iCBT в Финляндии включал в среднем 7 сессий против 14 при очной КПТ. Терапевтическое время сокращается вдвое — а результат как минимум сопоставим. Для систем здравоохранения, которые работают в условиях дефицита специалистов, это не просто «приятный бонус» — это возможность помочь вдвое большему числу людей.

Важно и то, кто именно участвовал. 70% пациентов — женщины, средний возраст — 35 лет. Это совпадает с типичным портретом клиента онлайн-сервисов психологической помощи. Участники не были отобраны по принципу «технически продвинутые миллениалы» — это были обычные пациенты финской системы здравоохранения, направленные врачом на терапию депрессии.

Интересная деталь: iCBT-группа показала снижение PHQ-9 на 4,8 балла (против 3,0 в очной группе). Это клинически значимая разница. PHQ-9 снижение на 5 баллов считается «ответом на лечение» (treatment response). То есть iCBT-группа в среднем приблизилась к порогу ремиссии быстрее и за меньшее число сессий.

JAMA: что показали исследования 2024–2025

Lancet Psychiatry — не единственный журнал, который вынес вердикт. Серия публикаций в JAMA (Journal of the American Medical Association) в 2024–2025 годах расширила доказательную базу сразу в нескольких направлениях.

Крупнейший мета-анализ КПТ в истории

В 2025 году JAMA Psychiatry опубликовал объединённую серию мета-анализов когнитивно-поведенческой терапии — крупнейшую в истории дисциплины. Исследователи проанализировали данные за период с августа 2024 по январь 2025 года и пришли к ключевому выводу: guided self-help (включая iCBT) эффективен по сравнению с контрольными группами. При этом формат «с терапевтом» значительно превосходил формат «без терапевта».

Это принципиальная развилка. Приложения для ментального здоровья, которые предлагают «самопомощь без специалиста», работают — но значительно слабее, чем программы с живым терапевтом. Разница не в контенте, а в человеке на другом конце.

Онлайн-ДБТ для эмоциональной регуляции

Второе важное исследование — в JAMA Network Open (2025). Norman-Nott и коллеги показали, что онлайн-формат диалектической поведенческой терапии (ДБТ) эффективен для улучшения эмоциональной регуляции. Это важно, потому что до сих пор доказательная база онлайн-терапии была почти целиком построена на КПТ. ДБТ — другой подход, другая механика, другая аудитория. И она тоже работает онлайн.

Guided iCBT для женщин в Японии

Третье исследование из JAMA Network Open (август 2025) — рандомизированное контролируемое испытание guided iCBT для женщин в Японии. Результат: терапия эффективна. Почему это важно отдельно? Потому что подавляющее большинство исследований онлайн-терапии проведены в западных странах — США, Великобритании, Скандинавии, Австралии. Данные из не-западной культуры с другой моделью обращения за помощью — серьёзное расширение доказательной базы.

Связующий вывод: JAMA подтверждает — онлайн-терапия работает не только при депрессии, не только в западных странах и не только в формате КПТ.

Стоит подчеркнуть: каждое из этих исследований опубликовано в JAMA — журнале с одним из самых строгих процессов рецензирования в медицине. Это не препринты и не корпоративные отчëты. Это данные, прошедшие проверку независимых экспертов и принятые к публикации в ведущем медицинском издании мира.

Для практики это означает: если ваш терапевт использует доказательные подходы (КПТ, ДБТ, поведенческую активацию) — онлайн-формат не снижает эффективности. Качество терапии определяется не тем, где сидит клиент, а тем, что делает терапевт.

Мета-анализ: зонтичный обзор Lancet Digital Health

Если один мета-анализ — это суд присяжных, то зонтичный обзор (umbrella review) — это Верховный суд. И в 2025 году Верховный суд вынес вердикт.

Lancet Digital Health опубликовал зонтичный обзор — мета-анализ мета-анализов — цифровых вмешательств при ментальных расстройствах. Авторы включили 16 мета-анализов рандомизированных контролируемых исследований и оценили совокупную доказательную базу.

Результат: цифровые вмешательства эффективны по сравнению с активным контролем. Не по сравнению с «ничем» (это было бы тривиально), а по сравнению с обычным лечением — таблетками, наблюдением терапевта, листами ожидания с поддержкой.

Зонтичный обзор — самый высокий уровень доказательности в доказательной медицине. Выше — только консенсус экспертных панелей на основании таких обзоров. Когда три разных уровня анализа (отдельные RCT, мета-анализы, зонтичные обзоры) говорят одно и то же — это уже не «многообещающие результаты». Это научный факт.

Для тех, кто привык мыслить аналогиями: представьте, что вы спрашиваете, эффективен ли аспирин при головной боли. Один врач говорит - да. Десять исследований подтверждают. Мета-анализ объединяет все десять и говорит «да, с высокой степенью уверенности». А зонтичный обзор берёт пять таких мета-анализов и говорит: «Все пять подтверждают — да». Вот на каком уровне мы сейчас находимся с онлайн-терапией.

Долгосрочная эффективность: сохраняется ли результат?

Справедливый вопрос: ладно, сразу после курса стало лучше. А через полгода? Год? Три?

Zainal и коллеги в систематическом обзоре (2024) проанализировали долгосрочные данные по iCBT [14]. Их вывод: эффекты интернет-КПТ сохраняются в долгосрочной перспективе. Это не «таблетка, которая перестаёт действовать». Навыки когнитивной перестройки, которые человек осваивает в iCBT, остаются с ним и после завершения курса.

Ещё более показательно исследование Imamura и коллег (Psychological Medicine): iCBT снизила риск новых эпизодов большой депрессии на 78% за 12 месяцев (hazard ratio = 0,22) [15]. Это не просто лечение — это профилактика рецидивов.

Для человека, который думает о терапии, это означает: вложение времени и усилий в онлайн-КПТ — это не временная мера. Это инвестиция в долгосрочную устойчивость психики.

Это важно понимать, потому что одна из главных тревог клиентов — «а что будет, когда терапия закончится?» Данные говорят: если вы прошли структурированный курс iCBT, вы не просто «чувствуете себя лучше на время». Вы осваиваете конкретные навыки — когнитивную реструктуризацию, поведенческую активацию, управление тревогой — которые остаются с вами. Как умение плавать: однажды научившись, вы не разучитесь.

Конечно, жизнь подбрасывает новые стрессоры. Но человек, прошедший курс iCBT, встречает их с другим набором инструментов. Он знает, как распознать когнитивное искажение. Он умеет прервать спираль руминации. Он понимает, когда пора вернуться к терапевту — не в панике, а осознанно.

По диагнозам: где онлайн-терапия доказала эффективность

Депрессия — самая изученная область

Депрессия — расстройство, для которого онлайн-терапия имеет самую обширную доказательную базу. Lancet Psychiatry (2025) показал, что guided iCBT сопоставима с очной КПТ (и даже чуть эффективнее) на выборке 5 834 пациентов. Мета-анализ цифровой поведенческой активации в JMIR (2025) подтвердил краткосрочную и среднесрочную эффективность альтернативного онлайн-формата — Digital Behavioral Activation.

Отдельный RCT в Psychiatric Services (2024) сравнил видеоформат и текстовый формат онлайн-терапии депрессии. Оба работают. Видеоформат показал чуть более высокую вовлечённость, но по клиническим исходам разницы нет. Для пожилых людей iCBT также доказала эффективность (PubMed, 2025).

AI-интервенции для депрессии (Psychiatry Research, 2024) показали средний размер эффекта SMD = −0,58 — это средний эффект, сопоставимый с медикаментозной терапией первой линии.

Важный контекст: депрессия — не одно расстройство, а спектр. Лëгкая и умеренная депрессия — область, где iCBT показывает наилучшие результаты. При тяжëлой депрессии онлайн-формат может быть частью комплексного лечения (совместно с фармакотерапией и очным наблюдением), но не единственным вмешательством. Это не ограничение онлайн-терапии — это ограничение любой монотерапии при тяжëлых состояниях.

Тревожные расстройства — сопоставимость с очной терапией

Систематический обзор в Cureus (август 2025) показал: телетерапия при тревожных расстройствах сопоставима по эффективности с очной. Мета-анализ в Telemedicine & e-Health (2025) подтвердил: дистанционная психотерапия при тревоге и депрессии показывает результаты, аналогичные очному формату.

Для людей с социальной тревожностью онлайн-формат имеет дополнительное преимущество: сама сессия не требует преодоления барьера — похода в незнакомое место, ожидания в очереди, контакта с посторонними людьми. Парадоксально, но для некоторых клиентов онлайн-терапия эффективнее именно потому, что снижает тревогу вокруг самого процесса лечения. Они могут сфокусироваться на содержании терапии, а не на логистике.

Мета-анализ в Telemedicine & e-Health также отметил важный момент: при тревожных расстройствах регулярность сессий критичнее, чем их формат. Онлайн-формат повышает вероятность того, что клиент не пропустит сессию — нет пробок, больничных, погодных ограничений. Это может объяснять, почему в некоторых исследованиях онлайн-группа показывает даже чуть лучшие результаты.

ПТСР — телемедицина снижает барьеры

Для людей с ПТСР барьеры к очной терапии особенно высоки: избегание, стигма, географическая удалённость. Мета-анализ в Journal of Telemedicine & Telecare (2025) показал, что телемедицинские доказательные вмешательства при ПТСР эффективны и снижают барьеры доступа. Онлайн-нарративная терапия (PMC, 2025) дала значимое снижение симптомов ПТСР (p = 0,025).

Отдельно стоит отметить: для ПТСР, связанного с военными действиями или сексуальным насилием, онлайн-формат иногда оказывается единственным приемлемым — клиент может начать терапию из безопасного пространства своего дома, не подвергаясь триггерам, связанным с перемещением и публичными пространствами. По мере стабилизации состояния возможен переход к очному формату или гибридной модели.

За пределами КПТ: ДБТ, нарративная терапия, поведенческая активация

Критики справедливо замечали: «Все ваши данные — про КПТ. А что с другими подходами?» В 2024–2025 годах доказательная база расширилась. Онлайн-ДБТ эффективна для эмоциональной регуляции (JAMA Network Open, 2025). Онлайн-нарративная терапия работает при ПТСР. Цифровая поведенческая активация — при депрессии. Данных по психодинамической, экзистенциальной и гештальт-терапии в онлайн-формате пока меньше — но они появляются.

Поведенческая активация заслуживает отдельного упоминания. Это метод лечения депрессии, который фокусируется не на мыслях (как КПТ), а на действиях: помогает человеку постепенно вернуться к значимой активности, нарушенной депрессией. Мета-анализ в JMIR (2025) показал, что цифровая версия поведенческой активации эффективна и в краткосрочной, и в среднесрочной перспективе. Для клиентов, которым когнитивный подход КПТ кажется «слишком головным», поведенческая активация — доказательная альтернатива.

Если вы ищете психолога, который работает в доказательном подходе — подберите специалиста на Spokoino.me

Что делает онлайн-терапию эффективной: факторы успеха

Не всякая онлайн-терапия одинаково эффективна. Данные исследований выделяют четыре ключевых фактора, которые определяют результат.

Первый и главный — наличие живого терапевта. JAMA Psychiatry (2025) однозначно показал: с терапевтом значительно эффективнее, чем без терапевта. Приложения для самопомощи — лучше, чем ничего. Но работа с терапевтом — в другой лиге.

Второй — формат коммуникации. Видеоформат и текстовый формат оба работают (Psychiatric Services, 2024). Видео даёт чуть более высокую вовлечённость, но клинические результаты сопоставимы. Это значит: если человеку некомфортно на видео — текстовый формат тоже эффективен.

Третий — структурированная программа. Исследование Lancet Psychiatry (2025) использовало структурированный протокол iCBT с еженедельными модулями. Структура повышает комплаенс: клиент знает, что делать между сессиями, и терапевт отслеживает прогресс.

Четвёртый — регулярность. Мета-анализ World Psychiatry (2023) подтвердил: регулярность сессий — критический фактор результата. Пропуски и нерегулярный график снижают эффективность любого формата терапии.

Есть и пятый фактор, о котором реже говорят: мотивация клиента. Никакой формат — ни очный, ни онлайн — не работает, если человек не готов к изменениям. Онлайн-терапия снижает внешние барьеры (расстояние, время, стоимость), но не отменяет необходимости внутренней работы. Терапия — не услуга, которую «оказывают». Это совместный процесс, где клиент — активный участник.

Шестой фактор — качество терапевтического альянса. Исследования показывают, что альянс (рабочие отношения между терапевтом и клиентом) объясняет до 15% дисперсии результата. В онлайн-формате альянс формируется так же, как в очном, при условии стабильной видеосвязи и взаимной включённости. Если терапевт вовлечён, а клиент чувствует себя услышанным — формат доставки отходит на второй план.

Именно поэтому на Spokoino.me каждый клиент работает с живым психологом онлайн по видеосвязи — не с чат-ботом, не с рабочей тетрадью. Исследования показывают: наличие терапевта — главный предиктор эффективности.

Комментарий эксперта

Антон Демин, психотерапевт spokoino.me

«И здесь, как мне кажется, возникает уже следующий вызов — к нам, как к специалистам и организаторам помощи. Не просто расширять доступ, а повышать качество, точность и глубину самой помощи. Потому что в последние годы всё сильнее углубляются исследования в области нейропсихологии, а вместе с этим становится очевидно: человеку недостаточно дать только общее название его состоянию. Всё большую роль играет понимание того, как именно устроен его индивидуальный нейропсихологический профиль, как работает его нервная система, как она адаптировалась, какие у неё есть ограничения, перегрузки, сильные стороны и способы регуляции.

То есть сегодня важно смотреть не только на то, с какими трудностями человек столкнулся в детстве, но и на то, как именно его нервная система научилась выживать и приспосабливаться. Есть люди более чувствительные. Есть люди с выраженными симптомами СДВГ. Есть люди аутистического спектра. Есть люди с характерологическими особенностями, с разной степенью эмоциональной реактивности, когнитивной гибкости, сенсорной уязвимости или, наоборот, устойчивости. Всё это создаёт не просто набор симптомов, а живую, индивидуальную картину человека — с его трудностями и одновременно с его ресурсами.

Именно поэтому сегодня особенно важно не лечить “тревогу вообще” или “депрессию вообще”, а видеть конкретного человека: его историю, его нейропрофиль, его способ переживать нагрузку, его адаптации, его внутреннюю цену за внешнюю нормальность. И уже из этого подбирать помощь — не усреднённую, а точную. Потому что один и тот же симптом у разных людей может иметь разную природу. А значит, и помощь должна быть разной.»

Россия: как обстоят дела

Российский рынок психологических услуг в 2024 году достиг 88,3 млрд рублей — рост на 17,4%. Это уже не маргинальный сегмент — это полноценная отрасль.

Спрос продолжает расти. По данным ВЦИОМ и Российской газеты, обращения за психологической помощью выросли на 60% в 2023 году и ещё на 25% в 2024. Это максимальный показатель за 15 лет. 70–80% обращений приходятся на удалённый формат — онлайн-терапия в России стала нормой, а не исключением.

Мобильный трафик онлайн-психологических сервисов за 2024 год вырос на 116%. Запрос «депрессия» в поисковых системах — 818 тысяч запросов в месяц. Люди ищут помощь. Вопрос — находят ли они качественную.

Комментарий эксперта

Елена Булкина, психолог spokoino.me

«В последние 5–7 лет в обществе усиливался тренд на индивидуализацию и изоляцию, что привело к частичной потере таких важных для поддержания психического здоровья ресурсов, как взаимная поддержка, социальные и семейные связи. С моей точки зрения, одна из задач психологической помощи сейчас — помогать людям поддерживать продуктивное социальное окружение: находить друзей, конструктивно общаться в семье и в сообществах, адаптироваться в новом социальном окружении.»

Тревожная тенденция: по данным Expert.ru (2025), 72% россиян обращаются к нейросетям вместо психолога. Нейросеть может предложить общую информацию и поддержку в формате беседы. Но она не может провести диагностику, выстроить терапевтический план, отследить динамику, среагировать на кризис. Это не терапия — это имитация.

Нейросеть не несёт ответственности за свои рекомендации. Она не обязана соблюдать этический кодекс. Она не умеет распознавать суицидальный риск за обтекаемыми формулировками. Она не подстроит интервенцию под конкретного человека с его историей, темпераментом и контекстом. В критической ситуации разница между нейросетью и терапевтом — это разница между Wikipedia и хирургом.

При этом AI может быть полезным инструментом для терапевта — для анализа данных, отслеживания паттернов, автоматизации рутины. Но замена терапевта нейросетью — это как замена пилота автопилотом на этапе, когда автопилот ещё не умеет садиться в тумане.

Ещё одна особенность российского рынка — низкий порог входа для «специалистов». В отличие от западных стран, где практика психотерапии требует лицензии, в России нет единого реестра и обязательной сертификации. Это создаёт ситуацию, когда человек, прошедший двухмесячный курс «коучинга», позиционирует себя как психолога. В онлайн-формате этот риск усиливается: барьер входа ещё ниже.

Поэтому критически важно обращаться к сервисам, которые проводят верификацию специалистов — проверяют диплом, опыт, специализацию. Данные исследований относятся к терапии, проведённой квалифицированными специалистами по доказательным протоколам. Перенести эти результаты на «психолога из Instagram без образования» — некорректно.

На Spokoino.me каждый психолог проходит клиническую верификацию. Это не чат-бот и не нейросеть — это живой специалист с подтверждённым образованием и опытом. Пройдите умную анкету “Спокойно”

Ограничения и честный взгляд

Мы были бы нечестны, если бы представили онлайн-терапию как панацею. Она ею не является. Вот что важно учитывать.

Не для всех диагнозов. Тяжёлые психотические расстройства, острый суицидальный риск, тяжёлые расстройства личности — требуют очного формата или стационара. Если вам нужна срочная помощь психолога онлайн, это может быть первым шагом — но не заменой кризисной помощи.

Цифровое неравенство. Не у всех есть стабильный интернет и приватное пространство для сессий. Это реальный барьер, особенно в регионах.

Большинство исследований — по КПТ. Для психодинамической, экзистенциальной, гештальт-терапии в онлайн-формате данных пока меньше. Они появляются — но говорить о том же уровне доказательности нельзя.

Процент отсева. В некоторых исследованиях iCBT без терапевта — высокий процент отсева. Именно поэтому guided-формат критически важен: терапевт удерживает процесс.

Культурная адаптация. Большинство исследований — из западных стран. Данных по России и СНГ мало. Исследование из Японии — шаг в правильном направлении, но этого недостаточно.

Есть ещë одно ограничение, о котором редко говорят: качество интернет-соединения влияет на терапевтический альянс. Разрывы связи, задержки звука, зависшее изображение — всë это мешает тонкой эмоциональной настройке, которая критична для глубокой терапевтической работы. Для структурированной КПТ это менее критично. Для эмоционально-фокусированной или психодинамической терапии — более ощутимо.

Наконец, вопрос приватности. Не у всех есть отдельная комната для сессии. Человек, живущий в коммунальной квартире или с абьюзивным партнëром, может не иметь физической возможности провести конфиденциальную сессию из дома. Для таких случаев существует формат анонимной консультации — но это компромисс, а не полноценная замена.

Мы не утверждаем, что онлайн-терапия решает всё. Мы утверждаем, что для большинства распространённых расстройств — депрессии, тревоги, ПТСР, эмоциональной дисрегуляции — она доказала эффективность на уровне, сопоставимом с очной.

Будущее: что ждёт онлайн-психотерапию

Онлайн-терапия 2025 года — это не финальная точка. Это отправная. Вот куда движется отрасль.

AI-ассистенты для терапевтов — не замена специалиста, а инструмент. AI анализирует тексты клиента между сессиями, выявляет паттерны, помогает терапевту заметить то, что сложно отследить вручную. Мета-анализ AI-интервенций (Psychiatry Research, 2024) уже показал значимый эффект (SMD = −0,58).

VR-терапия — по данным обзора в PMC (2025), VR-релаксация сопоставима по эффективности с не-VR-методами или превосходит их. Пока это нишевое направление, но потенциал огромный — особенно для терапии фобий и ПТСР.

Гибридные модели — комбинация онлайн и очного формата. Например, первые сессии — онлайн для удобства и скорости, а когда требуется более глубокая работа — переход к очному формату. Или наоборот: очная диагностика и онлайн-сопровождение. Гибкость — ключевое слово следующего десятилетия.

Персонализация на основе данных и интеграция с носимыми устройствами (трекеры сна, пульса, активности) дадут терапевту объективные данные о состоянии клиента между сессиями. Терапия станет непрерывной, а не дискретной.

Отдельный тренд — расширение языковой и культурной доступности. Онлайн-формат уже сейчас позволяет русскоязычному клиенту в Берлине работать с терапевтом из Москвы, а англоговорящему экспату в Токио — найти специалиста по ПТСР в Нью-Йорке. По мере развития инструментов автоматического перевода и культурной адаптации программ iCBT, география перестанет быть барьером полностью.

Ещë одно направление: интеграция онлайн-терапии с первичным звеном здравоохранения. В Финляндии (откуда исследование Lancet Psychiatry) iCBT уже встроена в национальную систему здравоохранения. Терапевт назначает iCBT (КПТ, которую производят через Интернет) так же, как назначает анализ крови — это рутинная часть лечения, а не «альтернативный формат». Движение в этом направлении — вопрос времени для большинства развитых стран.

Заключение: вердикт науки

Подведём итоги. Мета-анализы 2024–2025 годов из Lancet Psychiatry, JAMA и World Psychiatry однозначно подтверждают: онлайн-психотерапия с терапевтом сопоставима по эффективности с очной. Это верно для депрессии, тревожных расстройств, ПТСР и эмоциональной дисрегуляции. Ключевой фактор — не формат доставки (экран или кабинет), а наличие живого терапевта.

Вопрос «работает ли онлайн-терапия?» закрыт. На уровне доказательной медицины ответ — да, работает. С оговорками про конкретные диагнозы и формат с терапевтом или без — но работает.

Факты говорят: для депрессии, тревоги, ПТСР и эмоциональной дисрегуляции онлайн-терапия с терапевтом — доказательно эффективный формат. Не «альтернатива». Не «компромисс». Полноценная терапия, подтверждённая данными из лучших медицинских журналов мира.

Если что-то и изменилось за последние два года — так это уровень уверенности. Раньше учёные осторожно писали «онлайн-терапия может быть столь же эффективной». Теперь они пишут: «онлайн-терапия столь же эффективна». Без «может быть».

Почему это важно понимать? Потому что в интернете полно утверждений вроде «исследование показало, что онлайн-терапия работает». Но не все исследования равноценны. Мнение одного психолога, описание случая из практики, опрос 50 человек и мета-анализ 50 рандомизированных контролируемых исследований — это разные уровни доказательности. Мы разбираем только самый верхний уровень: мета-анализы и систематические обзоры из рецензируемых журналов.

Ещё один термин, который встретится в тексте: терапевтический альянс. Это рабочие отношения между терапевтом и клиентом — доверие, взаимопонимание, согласованность целей. Десятилетия исследований показывают, что альянс — один из самых сильных предикторов результата терапии, независимо от модальности. Ключевой вопрос для онлайн-формата: формируется ли альянс через экран? Спойлер: да.

И последнее. Мы часто слышим: «Мне нужен живой контакт, глаза в глаза». Это понятная потребность. Но данные показывают: терапевтический альянс — ключевой предиктор результата — формируется в онлайн-формате так же, как в очном. Дело не в физическом присутствии, а в качестве внимания. Терапевт, который слушает вас через экран, но слушает по-настоящему, — эффективнее терапевта, который сидит рядом, но не присутствует эмоционально.

Авторы статьи

Автор: Антон Демин  - врач-психиатр и психотерапевт с 18-летним стажем. Сертифицированный травматерапевт (Немецкая ассоциация психотравматологов, Гамбург). Член Экспертного совета фонда «Жизнь в спектре» по адаптации взрослых с нейроотличиями. Автор научных публикаций о психосоматических аспектах беременности и родов. Специализируется на работе с депрессией, травмой, СДВГ, тревожными и психосоматическими расстройствами.

Автор: Елена Булкина  клинический и кризисный психолог, арт-терапевт, 32 года практики. Два высших образования: психология и клиническая психология (Центральная государственная медицинская академия при Управлении делами Президента). Подготовка по кризисной психологии, психосоматике и телесной психотерапии, арт-терапии. Эксперт Lenta.ru по вопросам психологии.

Материалы по теме

→ Статистика ментального здоровья в России 2025: ВОЗ, Росстат, ВЦИОМ

→ Наша команда экспертов

Источники

1] Всемирная организация здравоохранения. Более миллиарда людей живут с ментальными расстройствами. 2 сентября 2025 — Публикация на сайте ВОЗ

[2] Американская медицинская ассоциация (AMA). Как использование телемедицины различается по врачебным специальностям. 8 декабря 2025 — Публикация Американской медицинской ассоциации

[3] Американская психологическая ассоциация (APA). Опрос практикующих психологов 2024: 53% не имеют мест для новых пациентов — Исследование Американской психологической ассоциации

[4] Российская газета. Онлайн-психотерапия в России становится нормой: 70–80% обращений — в удалённом формате. 24 февраля 2026 — Статья в «Российской газете»

[5] BusinesStat. В 2020–2024 годах численность клиентов психологов в России выросла на 26% — с 15,6 до 19,6 млн. 14 апреля 2025 — Исследование BusinesStat

[6] Forbes. Аналитики Yota: мобильный трафик онлайн-психологических сервисов вырос на 116%. 19 марта 2025 — Статья в Forbes

[7] Российская газета. До 70–80% обращений к психологу приходятся на удалённый формат. 24 февраля 2026 — Статья в «Российской газете»

[8] GlobeNewsWire. Глобальный рынок онлайн-терапии: с $4,39 млрд в 2025 до $14,1 млрд к 2034 году. 8 декабря 2025 — Исследование рынка на GlobeNewsWire

[9] Розенстрём и соавт. Эффективность интернет-КПТ с терапевтом в сравнении с очной КПТ при депрессии: данные реестров Финляндии, N=5 834. Lancet Psychiatry, 2025; 12(3): 189–197 — Исследование в журнале The Lancet Psychiatry

[10] Объединённая серия мета-анализов когнитивно-поведенческой терапии при психических расстройствах у взрослых. JAMA Psychiatry, 2025 — Исследование в журнале JAMA Psychiatry

[11] Норман-Нотт и соавт. Онлайн-диалектическая поведенческая терапия для эмоциональной регуляции. JAMA Network Open, 2025 — Исследование в журнале JAMA Network Open

[12] Интернет-КПТ с терапевтом для женщин: рандомизированное контролируемое исследование в Японии. JAMA Network Open, август 2025 — Исследование в журнале JAMA Network Open

[13] Цифровые вмешательства при ментальных расстройствах: зонтичный обзор мета-анализов рандомизированных контролируемых исследований. Lancet Digital Health, 2025 — Исследование в журнале The Lancet Digital Health

[14] Зайнал и соавт. Сохраняются ли эффекты интернет-КПТ в долгосрочной перспективе? Систематический обзор. 2024 — Исследование в Национальной медицинской библиотеке (PMC)

[15] Имамура и соавт. Предотвращает ли интернет-КПТ большие депрессивные эпизоды у работающих? 12-месячное наблюдение. Psychological Medicine, 2015 — Исследование в журнале Psychological Medicine

[16] Цзя и соавт. Эффективность цифровых интервенций поведенческой активации при депрессии. JMIR, 2025 — Исследование в журнале JMIR

[17] Ареан и соавт. Видеоформат против текстовой психотерапии при депрессии: рандомизированное испытание. Psychiatric Services, июль 2024 — Исследование в журнале Psychiatric Services

[18] Сравнение телемедицинских и очных интервенций при тревожных расстройствах: систематический обзор. Cureus, август 2025 — Исследование в журнале Cureus

[19] Оливейра Машаду Сесаньо и соавт. Эффективность дистанционных психологических интервенций: систематический обзор и мета-анализ. Telemedicine and e-Health, 2025 — Исследование в журнале Telemedicine and e-Health

[20] Келбер и соавт. Доказательные телемедицинские вмешательства при ПТСР, депрессии и тревоге: систематический обзор и мета-анализ. Journal of Telemedicine and Telecare, 2025 — Исследование в журнале Journal of Telemedicine and Telecare

[21] Сюэ и соавт. Онлайн-нарративная терапия улучшает симптомы ПТСР: результаты интервенционного исследования. 2025 — Исследование в Национальной медицинской библиотеке (PMC)

[22] Эффективность интернет-КПТ при депрессии и тревоге у пожилых людей. Март 2025 — Исследование в базе данных PubMed

[23] Цю и соавт. Эффективность цифровых интеллектуальных интервенций при депрессии: мета-анализ. Psychiatry Research, 2024 — Исследование в журнале Psychiatry Research

[24] Хедман-Лагерлёф и соавт. Интернет-КПТ с терапевтом даёт эффекты, сопоставимые с очной терапией: систематический обзор и мета-анализ. World Psychiatry, 2023; 22: 305–314 — Исследование в журнале World Psychiatry

[25] VC.ru. Рынок психологических услуг в России 2024: объём 88,3 млрд руб., рост 17,4%. 6 июня 2025 — Статья на VC.ru

[26] Российская газета. Забота о ментальном здоровье перешла из тренда в норму. 4 марта 2026 — Статья в «Российской газете»

[27] Expert.ru. 72% россиян обращаются к нейросетям вместо психолога. 17 сентября 2025 — Статья на Expert.ru

[28] B17.ru. Исследование поисковых запросов по психологии в России 2025: «депрессия» — 818 тыс. запросов в месяц. 20 января 2026 — Исследование портала B17.ru

[29] Развитие цифрового ментального здоровья: текущие данные и перспективы VR-терапии. Май 2025 — Исследование в Национальной медицинской библиотеке (PMC)

Россия в цифрах тревоги

341 400 новых случаев депрессий и тревожных расстройств за 2024 год. На 21,5% больше, чем четыре года назад. За то же время продажи антидепрессантов выросли с 13,8 до 23,6 миллиона упаковок — почти вдвое. А четыре из десяти россиян, по данным ВЦИОМ, живут в постоянном стрессе.

Мы взяли первоисточники — Росстат, Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ), ВЦИОМ, журналы Lancet и Nature, исследования, опубликованное в журнале «BMC Psychiatry», данные фармацевтических аналитиков — и сопоставили то, что другие еще не успели сделать. Официальную статистику, субъективные опросы, продажи таблеток и рынок психологических услуг. Вместе они рассказывают историю, которую по отдельности не увидишь.

Мировой контекст

В сентябре 2025 года ВОЗ обновила данные: более миллиарда человек на планете живут с ментальными расстройствами. Депрессия и тревожность обходятся мировой экономике в триллион долларов ежегодно. Суицид — ведущая причина смерти среди молодёжи во всех регионах мира.

Атлас психического здоровья ВОЗ за 2024 год показывает: медианные расходы стран на ментальное здоровье — 2% бюджета здравоохранения. В странах с высоким доходом на каждого жителя приходится 65 долларов. В странах с низким — 4 цента. Медиана числа специалистов — 13 на 100 тысяч населения. Меньше 10% стран перешли к модели помощи в сообществе, как рекомендует ВОЗ.

Цель ООН — снизить число суицидов на треть к 2030 году. Текущий прогноз: минус 12%. Мир не справляется.

Масштаб проблемы удобно обесценить: «Ну это же ВОЗ, они всегда пугают». Но за миллиардом — конкретные люди, которые не спят по ночам, не могут работать, разрушают отношения, теряют годы жизни. Экономические потери от депрессии и тревоги — триллион долларов ежегодно — сопоставимы с ВВП Нидерландов. Это не абстракция. Это потерянная продуктивность, больничные, инвалидность, суициды.

Ментальные расстройства — вторая причина нетрудоспособности в мире. Если сломанную ногу видно, то депрессию — нет. Поэтому финансирование ментального здоровья отстаёт от реальных потребностей в десятки раз.

Атлас ВОЗ фиксирует разрыв: в странах с высоким доходом на ментальное здоровье одного жителя тратят 65 долларов. В странах с низким — 4 цента. Разница — в полторы тысячи раз. Человек в Швейцарии и человек в Чаде страдают одинаково. Но один получает терапевта, антидепрессанты и больничный, а второй — ничего.

Россия — где-то посередине. Не в хвосте, но далеко от лидеров. И именно эта позиция «ни там ни тут» создаёт специфическую российскую проблему: ресурсы есть, но распределены неравномерно. В Москве — избыток психологов. В регионах — пустыня.

Росстат 2024: рост на 21,5%

В феврале 2026 года «Коммерсантъ» опубликовал данные Росстата, и они разлетелись по всем новостным лентам. Число новых случаев депрессий, тревожных и стрессовых расстройств за 2024 год — 341,4 тысячи (233,6 на 100 тысяч населения). В 2020-м было 281 тысяча (190,2 на 100 тысяч). Рост — 21,5% за четыре года.

Общая первичная заболеваемость психическими расстройствами тоже выросла: с 384,5 до 453,9 тысячи новых случаев (+18%). Всего на диспансерном учёте — около четырёх миллионов человек.

Динамика заболеваемости (Росстат, 2020–2024)

Показатель	2020	2024	Изменение
Новые случаи депрессий, тревожных и стрессовых расстройств	281 тыс.	341,4 тыс.	+21,5%
Первичная заболеваемость психическими расстройствами (все)	384,5 тыс.	453,9 тыс.	+18%
Всего на учёте	~3,5 млн	~4 млн	+14%

Важный нюанс: шизофрения и органические расстройства — стабильны. Растут именно «расстройства цивилизации»: депрессия, тревога, реакции на стресс. Главный внештатный психиатр Минздрава объясняет это улучшением диагностики. Эксперты возражают: реальные цифры в три-пять раз выше официальных.

По оценке Института измерения и оценки здоровья (IHME, тот же источник, на который ссылается Тинькофф-журнал), 15,4–17,7 миллиона россиян живут с ментальными расстройствами. Это в четыре раза больше официальных данных Росстата. А ВЦИОМ в апреле 2025-го оценил, что тревожно-депрессивное состояние — условно, у трети населения.

Рост в статистике СДВГ — часть этого же тренда. Расстройства, которые десятилетиями оставались невидимыми, наконец попадают в поле зрения.

Рост на 21,5% — это не эпидемия депрессии. Скорее, результат двух процессов одновременно. Первый — реальный рост стресса: экономическая нестабильность, геополитическое напряжение, ковидное эхо. Второй — улучшение диагностики: врачи стали чаще распознавать тревогу и депрессию, а пациенты — чаще обращаться. Разделить вклад этих двух процессов невозможно.

Но даже 341 тысяча новых случаев — лишь верхушка. Чтобы попасть в данные Росстата, нужно обратиться в психоневрологический диспансер. Для миллионов россиян это — последнее, что они готовы сделать. Страх учёта, стигма, страх, что узнают на работе. В результате люди лечат депрессию алкоголем, тревогу — валерианой, бессонницу — снотворным. Или просто терпят годами.

Есть ещё один фактор, о котором редко говорят: самолечение. В России огромный рынок безрецептурных седативных и успокоительных — валериана, пустырник, глицин, афобазол. Их покупают без рецепта, без обследования, без понимания, что именно лечат. Для человека с генерализованным тревожным расстройством глицин — примерно то же, что пластырь при переломе. Не вредит, но и не помогает. А время уходит.

Отдельная категория — алкоголь как «антидепрессант». Россия исторически — одна из стран с самым высоким потреблением алкоголя, и часть этого потребления — самолечение от тревоги и депрессии. Временное облегчение — и долгосрочное ухудшение. Спираль, из которой сложно выбраться без профессиональной помощи.

Именно поэтому разрыв между официальными четырьмя миллионами и экспертными двадцатью-тридцатью миллионами — не ошибка и не преувеличение. Это десятки миллионов людей, которые болеют, но не попадают в поле зрения системы здравоохранения. Институт измерения здоровья оценивает число в 15–17 миллионов. ВЦИОМ говорит о трети населения. Истина где-то посередине.

Карта регионов: где в России хуже всего

Россия — не одна страна, а десятки разных реальностей. И в ментальном здоровье разрыв между регионами — огромный.

Лидер по первичной заболеваемости психическими расстройствами — Ненецкий автономный округ: 703,4 на 100 тысяч населения. Это вдвое выше среднероссийского уровня (310,6). На втором месте — Архангельская область. Самый здоровый федеральный округ — Северо-Кавказский.

Регионы-лидеры (2024)

Регион	На 100 тыс. населения	Комментарий
Ненецкий АО	703,4	Лидер
Архангельская область	~600+	2-е место
Среднее по России	310,6	Базовый уровень
Северная Осетия	Минимум	Северо-Кавказский ФО

Почему Север? Изоляция, полярная ночь, алкоголизм, крошечная доступность помощи. До ближайшего психиатра — сотни километров. Почему Кавказ «здоровее»? Скорее всего — нет. Низкая статистика там, вероятнее всего, означает не здоровье, а стигму: обращаться за психиатрической помощью — значит признать слабость. Культура не позволяет.

Низкие цифры — не повод для спокойствия. Это повод задуматься, насколько реальна статистика.

Региональное неравенство в ментальном здоровье — одна из самых недоисследованных тем в российском здравоохранении. В Москве и Петербурге — десятки психиатров на 100 тысяч населения, частные клиники, онлайн-сервисы. В Ненецком автономном округе — один-два специалиста на весь регион. Жители вахтовых посёлков, коренные народы Севера, пожилые в деревнях — для них система психиатрической помощи не существует. Не потому что они здоровее. Потому что до врача — 500 километров.

Есть и обратная сторона: регионы с высокой статистикой — не обязательно «самые больные». Ненецкий округ может лидировать просто потому, что там активнее ведут учёт. Или потому, что выборка маленькая (43 тысячи населения), и несколько десятков случаев дают огромный показатель на 100 тысяч. Но даже с этой оговоркой — тренд понятен: Север, изоляция, малые населённые пункты — зона максимального риска.

Именно поэтому онлайн-терапия — не удобство для москвичей, а жизненная необходимость для регионов. Для человека в Нарьян-Маре возможность поговорить с психологом по видеосвязи — это разница между получить помощь и не получить её вообще.

Индекс стресса ВЦИОМ: 50,6 из 100

В октябре 2025 года ВЦИОМ опубликовал обновлённый индекс стресса — 50,6 из 100. Рост на 8,8 пунктов к 2022 году. 40% россиян ответили, что часто сталкиваются со стрессом.

Стресс по поколениям

Поколение	Индекс стресса (из 100)	Доля часто в стрессе
Зумеры (18–27)	~55–60	Высокая
Младшие миллениалы (28–35)	66,5	Больше половины
Старшие миллениалы (36–43)	60,1	Высокая
Реформенное поколение (44–58)	~40–50	Средняя
Старшее поколение (59+)	20–40	Низкая
Среднее по России	50,6	40%

Главная находка: больше всего страдают люди 28–35 лет. Младшие миллениалы — поколение, на которое одновременно давят карьера, ипотека, маленькие дети и неопределённость. Больше половины из них — в постоянном стрессе.

37% россиян ежедневно чувствуют усталость, 26% — несколько раз в неделю. Главные источники стресса — семья и личная жизнь (57%), работа и финансы, новостная повестка. Женский стресс — чаще межличностный (про чувства и отношения), мужской — чаще прагматический (про деньги и выживание).

Самый спокойный федеральный округ — Северо-Кавказский (41,8 пункта). И тут снова вопрос: спокойствие — или стигма?

Есть ещё один нюанс, который ВЦИОМ не анализирует, но который очевиден из данных: уровень стресса и обращение за помощью — не одно и то же. Молодёжь — самая стрессированная группа, но и самая активная в поиске помощи. Старшее поколение демонстрирует низкий стресс по опросам — но это поколение, привыкшее не жаловаться. Их стресс не исчезает — он просто не озвучивается.

Гендерная разница тоже говорящая. Женщины чаще называют источником стресса отношения и чувства. Мужчины — деньги и безопасность. Но итоговый уровень стресса у мужчин и женщин — одинаков. Различается не интенсивность, а язык, которым люди описывают свои переживания. Это важно для терапевтов: мужчина, пришедший с проблемами на работе, может на самом деле переживать развод.

ВЦИОМ отмечает ещё деталь: источник стресса номер один — семья и личная жизнь (57%). Не работа. Не политика. Не деньги. Отношения. Это совпадает с тем, что видят психологи в практике: большинство обращений связаны с межличностными конфликтами, разводами, проблемами в паре, отношениями с родителями. Стресс — не диагноз. Но стресс, который длится месяцами и не отпускает, — повод обратиться к специалисту.

Суициды: тревожная динамика

Тема, о которой тяжело говорить. Но без неё картина ментального здоровья в России — неполная.

Общий тренд — позитивный. С 2011 года суициды в России снижаются: с 21,8 на 100 тысяч населения до примерно 12. Это серьёзное улучшение. Но внутри этого тренда — тревожные исключения.

Подростковые суициды растут. В 2024 году — 735 случаев среди несовершеннолетних (+8,4% к предыдущему году). За первое полугодие 2025-го — 395. Россия — второе место в Восточной Европе по числу суицидов, по данным «Известий» (февраль 2025).

Суициды в России: динамика

Период	Показатель
2011	21,8 на 100 тыс. населения
2024 (общий уровень)	~12 на 100 тыс.
2024 (несовершеннолетние)	735 случаев (+8,4% к 2023)
1-е полугодие 2025 (несовершеннолетние)	395 случаев
Мужчины 85+	39,6 на 100 тыс.
Женщины 85+	9,5 на 100 тыс.

Самая уязвимая группа — пожилые мужчины. У мужчин старше 85 лет — 39,6 на 100 тысяч (данные «Точно.ст»). Это в пять раз выше среднего. Одиночество, болезни, утрата смысла — за цифрами стоят конкретные истории.

ВОЗ насчитывает 727 тысяч суицидов в мире за 2021 год. Цель ООН — минус треть к 2030-му. Прогноз: минус 12%. Ни одна страна не делает достаточно.

Если вам или кому-то рядом плохо прямо сейчас:

Телефон доверия: 8-800-2000-122 (бесплатно, круглосуточно)

Экстренная помощь: 112

Срочная психологическая помощь на Spokoino.me

Антидепрессанты: зеркало эпидемии

Есть показатель, который не врёт. Антидепрессанты — рецептурные препараты. Их нельзя купить просто так. Рост продаж означает рост диагнозов. А рост — впечатляющий.

Продажи антидепрессантов в России (данные RNC Pharma)

Год	Упаковок (млн)	Рост к предыдущему году
2022	13,8	—
2023	15,8	+14,5%
2024	19,0	+20,3%
2025	23,6	+24,2%
Январь 2026 (1–18)	более 1,0	+18% к январю 2025

За три года — рост в 1,7 раза. Двадцать три с половиной миллиона упаковок. Выручка фармкомпаний — около 20 миллиардов рублей за 2025 год.

Каждый четвёртый пожилой россиянин, по данным ВЦИОМ, принимает успокоительные. Это поколение, которое не ходит к психологу, — оно идёт в аптеку.

Рост продаж антидепрессантов — история двойственная. С одной стороны — тревожная: масштаб проблемы нарастает. С другой — обнадёживающая: люди получают помощь. Они доходят до врача, получают рецепт, начинают лечение. Ещё десять лет назад большинство страдали молча.

Есть и географический аспект. Основной рост продаж антидепрессантов — в крупных городах. В регионах доступ к психиатру, который может выписать рецепт, по-прежнему ограничен. Это создаёт парадокс: там, где проблема острее всего (Север, малые города), помощи меньше всего. Продажи антидепрессантов отражают не реальную потребность, а доступность диагностики. Настоящая потребность — значительно выше.

Ещё один показатель: структура продаж. Растут не старые трициклические антидепрессанты (амитриптилин), а современные СИОЗС (сертралин, эсциталопрам). Это значит, что врачи назначают по современным протоколам, а пациенты — получают более эффективное и безопасное лечение. Качество помощи растёт вместе с количеством.

Сопоставим две цифры: 23,6 миллиона упаковок антидепрессантов за 2025 год и 19,6 миллиона клиентов психологов за 2024-й. Конечно, это разные выборки. Но порядок величин говорящий: и фармацевтический, и терапевтический рынки растут одновременно. Люди ищут помощь — и находят её по обоим каналам. Это два потока одной реки: признание проблемы перестаёт быть табу.

Есть и рынок, который растёт параллельно: безрецептурные "успокоительные". Валериана, пустырник, глицин, афобазол — их покупают без обследования и без понимания, что именно лечат. Для человека с генерализованным тревожным расстройством глицин — примерно то же, что пластырь при переломе. Не вредит, но и не помогает. А время уходит.

Одна треть населения: разрыв между статистикой и реальностью

В апреле 2025 года ВЦИОМ опубликовал формулировку, которая заслуживает того, чтобы её запомнить: «Условно, одна треть населения России страдает тревожно-депрессивным состоянием». Треть. От 146 миллионов — это примерно 48 миллионов человек.

Сколько россиян на самом деле?

Источник	Оценка	Как считали
Росстат (на учёте)	~4 млн	Только обратившиеся в психоневрологические диспансеры
Институт измерения здоровья (IHME)	15,4–17,7 млн	Эпидемиологическая модель
ВЦИОМ (самооценка)	~48 млн (треть населения)	Опрос, субъективная оценка
Экспертная оценка	20–30 млн	Экстраполяция мировых данных

Почему люди не обращаются? Стигма. Страх «психиатрического учёта». Недоступность помощи в регионах. Привычка терпеть. Неверие в эффективность. И банальное незнание: многие не понимают, что хроническая усталость, бессонница, раздражительность — это не «характер», а симптомы, с которыми можно работать.

Для тех, кто сомневается, нужна ли им помощь — есть возможность начать с анонимной консультации.

Молодёжь: поколение тревоги

Индекс стресса у младших миллениалов — 66,5 из 100. Больше половины — в постоянном стрессе. 16–17% зумеров стали чаще ходить к психологу за последние полгода. Четверть молодых людей до тридцати уже имеют опыт обращения к специалисту.

Масштабное исследование, опубликованное в Nature в октябре 2025 года (Исследование, опубликованное в журнале «BMC Psychiatry»), показало: молодёжь от 10 до 24 лет — это 25,47% всех случаев ментальных расстройств в мире. Четверть. При том что эта возрастная группа — далеко не четверть населения.

Подростковые суициды в России растут: 735 случаев в 2024-м, 395 — за первое полугодие 2025-го. За каждой цифрой — ребёнок, которому не хватило помощи.

Рост подростковых суицидов — тема, которая требует отдельного исследования. Но несколько фактов. Средний возраст попытки снижается. Доля девочек растёт. Методы становятся более летальными. Интернет играет двойственную роль: с одной стороны, подростки находят там поддержку; с другой — контент, который нормализует самоповреждение.

Общее снижение суицидов с 2011 года — реальное достижение. Оно связано с несколькими факторами: ограничением доступа к средствам (мосты, лекарства), развитием кризисных служб, общим повышением уровня жизни. Но это снижение неравномерно: у подростков и пожилых мужчин ситуация ухудшается.

Причины: давление соцсетей, академическое давление, экономическая неопределённость. И то, что исследователи называют «цифровым одиночеством»: человек окружён контактами, но лишён близости. Тысяча подписчиков — и ни одного человека, которому можно позвонить в три часа ночи.

При этом именно молодёжь — самая осознанная группа. Они чаще обращаются за помощью, меньше стыдятся диагноза, легче говорят о чувствах. Стигма падает — и это, пожалуй, главная хорошая новость в этом материале.

Есть два мира, которые существуют параллельно. В одном — «ну что ты ноешь, деды войну прошли». В другом — человек спокойно говорит коллегам: «Я сегодня был у психолога». Эти два мира — разные поколения. И переход от первого ко второму происходит прямо сейчас, на наших глазах.

Данные BusinesStat подтверждают: число клиентов психологов выросло с 15,6 до 19,6 миллиона за четыре года. Четыре миллиона новых клиентов — это не «мода на терапию». Это четыре миллиона человек, которые решили, что заслуживают помощи. Среди них — непропорционально много молодых.

Рынок психологической помощи: 88,3 миллиарда рублей

Спрос на психологическую помощь в России — рекордный. Объём рынка в 2024 году — 88,3 миллиарда рублей, рост 17,4% за год. Число клиентов психологов за 2020–2024 годы выросло на 26% — с 15,6 до 19,6 миллиона человек. Вакансий для психологов стало в шесть раз больше за пять лет.

Рынок в цифрах

Показатель	Цифра
Объём рынка (2024)	88,3 млрд руб. (+17,4%)
Число клиентов (2024)	19,6 млн
Рост клиентов (2020→2024)	+26%
Вакансий для психологов (2024)	~5 300 (×6 к 2019)
Обращаются к психологу чаще (2025)	6% (×2 к 2022)
Среди зумеров/миллениалов	16–17%

70–80% консультаций — онлайн. Обращение к психологу для молодёжи — уже норма, а не исключение. Но: специалистов не хватает. ВОЗ считает медианой 13 на 100 тысяч, а в российских регионах этот показатель — значительно ниже.

Если вы чувствуете, что стресс мешает жить, — это нормально обратиться за помощью. Психолог онлайн за 5 минут

Россия и мир: сравнительная таблица

Мы собрали данные, которые до нас на русском языке никто не сопоставлял в одной таблице. ВОЗ, Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), ВЦИОМ — рядом.

Показатель	Россия	Мир (медиана)	США	Германия
Расходы на ментальное здоровье (% бюджета)	~1–2%	2%	5–6%	4–5%
Специалистов на 100 тыс.	~8–10	13	30+	25+
Доля обращающихся за помощью	6% (ВЦИОМ)	—	20%+	15%+
Суициды на 100 тыс.	~12	~9	~14	~10
Рост продаж антидепрессантов	+71% за 3 года	—	—	—

Россия тратит на ментальное здоровье в три-пять раз меньше других стран. Специалистов — вдвое меньше медианы ВОЗ. Но есть и позитив: темпы роста обращений за помощью — одни из самых высоких в мире. Удвоение за три года (по данным ВЦИОМ) — это серьёзный сдвиг в общественном сознании.

Сравнение с ОЭСР показывает и ещё одну вещь: Россия тратит на ментальное здоровье примерно 1–2% бюджета здравоохранения. Соединённые Штаты — 5–6%, Германия — 4–5%. Разница — в три-пять раз. И это при том, что бремя ментальных расстройств в России растёт быстрее, чем в большинстве стран ОЭСР.

Специалистов — тоже меньше: 8–10 на 100 тысяч населения при медиане ВОЗ в 13. И это средняя цифра — в регионах она значительно ниже. В некоторых субъектах федерации на 100 тысяч приходится два-три психиатра. А клинических психологов — и того меньше.

Что говорит наука: Lancet, Nature и журнал «BMC Psychiatry»

Исследование, опубликованное в журнале «BMC Psychiatry» 2021 год (BMC Psychiatry, май 2025) охватило 204 страны и 12 подтипов ментальных расстройств за период 1990–2021. Главный вывод: тревожные расстройства и депрессия — самые распространённые. Их бремя растёт быстрее всего.

Исследование в Nature (октябрь 2025) выделило молодёжь от 10 до 24 лет: на эту группу приходится 25,47% всех случаев ментальных расстройств, 24,35% новых случаев и 23,37% потерянных лет здоровой жизни. Молодёжь несёт непропорционально большое бремя.

Lancet Global Health (май 2025) выявил критические пробелы данных: многие страны — включая Россию — имеют недостаточно эпидемиологических данных для точных оценок. Мы буквально не знаем реальный масштаб проблемы. Все цифры, которые мы приводим, — нижняя граница.

Это заявление заслуживает того, чтобы его повторить. Все цифры в этой статье — нижняя граница. Реальность — хуже. Когда Росстат говорит «341 тысяча новых случаев», это не значит, что столько россиян заболели. Это значит, что столько — обратились и получили диагноз. А сколько не обратились, не дошли, не получили — мы не знаем. Lancet Global Health (2025) прямо указывает: для России данных недостаточно.

Доклад Организации экономического сотрудничества и развития «Здоровье с первого взгляда 2025» — раздел «Ментальное здоровье» — показал: Россия отстаёт от 38 стран ОЭСР по расходам, числу специалистов и доле населения, получающего помощь. Но догоняет — быстрее большинства.

Отдельно стоит упомянуть российский вклад в исследования. Статья в КиберЛенинке (2024) — анализ состояния психического здоровья населения России за 30 лет (1992–2022) — показывает долгосрочную динамику: после всплеска в 90-е годы (развал социальных институтов, экономический кризис) ситуация стабилизировалась к 2010-м, а затем начался новый рост — связанный уже не с бедностью, а с «расстройствами цивилизации»: тревогой, депрессией, выгоранием.

Lancet Global Health подчёркивает: для точных оценок России не хватает масштабных эпидемиологических исследований. Мы до сих пор оперируем экстраполяциями и данными диспансерного учёта — методологией, разработанной в советское время. Для страны со 146 миллионами населения и десятками тысяч километров границ — это непростительно мало.

Как россияне справляются со стрессом: данные и мифы

ВЦИОМ (декабрь 2025) опросил россиян о стратегиях борьбы со стрессом. 

Чаще всего помогают себе досугом: чтение, музыка, кино, хобби. На втором месте — саморегуляция: дыхание, медитация, молитва. На третьем — общение с близкими. Спорт и прогулки — у каждого пятого. «Маленькие радости» (алкоголь, курение, еда) — особенно популярны у молодёжи. Медикаменты — у каждого четвёртого пожилого. К психологу обращаются 6% — вдвое больше, чем в 2022-м.

Три мифа, которые мешают обратиться за помощью

«Психолог — это для сумасшедших». Уже нет: 25% молодых россиян имеют опыт обращения к психологу. Для них это нормальная часть жизни — как стоматолог или тренер.

«Само пройдёт». Средняя длительность нелеченной депрессии — шесть-восемь месяцев. Но это средняя. У части людей она хронифицируется и тянется годами.

«Антидепрессанты вызывают зависимость». Современные селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) — основной класс назначаемых антидепрессантов — не вызывают зависимости. Это доказано десятилетиями исследований.

Четвёртый миф, менее очевидный: «Онлайн-терапия — это не настоящая терапия». Исследование, опубликованное в журнале Lancet Psychiatry (2025), показало: интернет-когнитивно-поведенческая терапия с терапевтом не уступает очной по эффективности при депрессии. На выборке в 5 834 пациента. С машинным обучением для контроля переменных. Это уже не «многообещающие результаты» — это научный факт.

Для 70–80% россиян, которые обращаются к психологу онлайн, это не компромисс. Это полноценная терапия с живым специалистом, который видит, слышит и работает с конкретным человеком. Просто через экран.

Не знаете, нужен ли вам психолог? Пройдите умную анкету — подберём специалиста за 5 минут

Прогноз: что будет дальше

Если продажи антидепрессантов продолжат расти на 20–24% в год (как в 2023–2025), к 2027 году россияне будут покупать более 30 миллионов упаковок. Рынок психологических услуг при текущих темпах (+17% в год) перешагнёт 120 миллиардов рублей к 2026-му.

ВОЗ предупреждает: без системных изменений число людей с расстройствами продолжит расти. Позитивные тренды — рост обращений, снижение стигмы, развитие онлайн-терапии — пока не компенсируют фундаментальных проблем: дефицита специалистов, недофинансирования и регионального неравенства.

Главный риск — инерция. Система здравоохранения реагирует медленнее, чем растёт проблема. Главная надежда — изменение общественного отношения. Когда обращение к психологу станет таким же привычным, как визит к терапевту, — статистика начнёт отражать реальность. И тогда можно будет по-настоящему помогать.

Онлайн-терапия уже меняет ситуацию. Данные Forbes и аналитиков Yota: 70–80% консультаций психолога в России проходят в удалённом формате. Для жителя Норильска или Южно-Сахалинска это единственный способ получить квалифицированную помощь без переезда в Москву. Для мамы с маленьким ребёнком — возможность провести сессию из дома. Для человека с социальной тревожностью — шанс начать терапию, не преодолевая страх выхода из квартиры.

Прогноз осторожно оптимистичный. Ситуация объективно тяжёлая — но впервые за десятилетия есть одновременно и осознание проблемы, и инструменты для её решения. Осталось — политическая воля и финансирование.

Есть и то, что каждый может сделать прямо сейчас — без реформ здравоохранения и без миллиардных бюджетов. Обратиться за помощью. Перестать терпеть. Признать, что хроническая усталость, бессонница, раздражительность — не «характер», а симптомы. И что с ними можно работать.

Онлайн-формат снял главный барьер — географический. Теперь психолог доступен из любого города. Стигма снимается медленнее, но снимается. Шесть процентов россиян обращаются за помощью — вдвое больше, чем три года назад. Среди молодёжи — каждый шестой. Если этот тренд продолжится, через пять лет обращение к психологу станет таким же обычным делом, как запись к терапевту.

Кризис ментального здоровья в России — реален. Но реальны и ресурсы для борьбы с ним. Онлайн-терапия, растущее число специалистов, снижение стигмы, рост финансирования. Всё это пока не перевешивает масштаб проблемы — но создаёт фундамент для перелома. И каждый человек, который обращается за помощью, делает этот перелом чуть ближе.

Что делать с этими цифрами

Россия переживает кризис ментального здоровья. Цифры растут — но растёт и осознанность. Это одновременно тревожно и обнадёживающе.

Три вывода из этого материала.

Первый: реальный масштаб проблемы — в четыре-двенадцать раз больше официальных данных. Четыре миллиона на учёте — это верхушка айсберга. Под водой — двадцать-тридцать миллионов человек, которые не получают помощь.

Второй: молодёжь — самая уязвимая и одновременно самая осознанная группа. Они чаще страдают от тревоги и стресса, но и чаще обращаются за помощью. Будущее — за ними.

Третий: обращение за помощью — не слабость, а рациональное решение. Шесть процентов россиян уже делают это. И этот процент удваивается каждые три года.

Если вы прочитали этот материал и подумали о себе — значит, первый шаг уже сделан. Осознание — это не слабость. Это начало.

Если вы узнали себя в этих цифрах — вы не одиноки.

Авторы

Автор: Антон Демин  - врач-психиатр и психотерапевт с 18-летним стажем. Сертифицированный травматерапевт (Немецкая ассоциация психотравматологов, Гамбург). Член Экспертного совета фонда «Жизнь в спектре» по адаптации взрослых с нейроотличиями. Автор научных публикаций о психосоматических аспектах беременности и родов. Специализируется на работе с депрессией, травмой, СДВГ, тревожными и психосоматическими расстройствами.

Автор: Елена Булкина  клинический и кризисный психолог, арт-терапевт, 32 года практики. Два высших образования: психология и клиническая психология (Центральная государственная медицинская академия при Управлении делами Президента). Подготовка по кризисной психологии, психосоматике и телесной психотерапии, арт-терапии. Эксперт Lenta.ru по вопросам психологии.

Автор: Оксана Головченко— клинический психолог с 17-летним стажем, член Федерации психологов-консультантов России. Два профильных образования: психология (БФУ им. Канта) и клиническая психология (ИСПиП им. Рауля Валленберга, Санкт-Петербург), а также медицинское образование. Работает в интегративном подходе: КПТ, гештальт-терапия, ДПДГ, ДБТ, транзактный анализ. Специализируется на тревожных расстройствах, депрессии, ОКР, ПТСР, перинатальной психологии и кризисных состояниях.

Подберите психолога, который поможет именно вам

Источники

[1] Всемирная организация здравоохранения. Более миллиарда людей живут с ментальными расстройствами. Сентябрь 2025 — Публикация на сайте ВОЗ

[2] Всемирная организация здравоохранения. Атлас психического здоровья 2024 — Доклад ВОЗ Mental Health Atlas 2024 (PDF)

[3] Всемирная организация здравоохранения. Мировое психическое здоровье сегодня — Доклад ВОЗ World Mental Health Today (PDF)

[4] Коммерсантъ. «В здравом уме и тревоге» — рост заболеваемости депрессиями в России. 2 февраля 2026 — Статья в «Коммерсанте»

[5] Коммерсантъ. Заболеваемость депрессиями и тревожными расстройствами выросла на 21,5%. 2 февраля 2026 — Статья в «Коммерсанте»

[6] Коммерсантъ. Продажи антидепрессантов в России выросли в 1,7 раза за три года. 2 февраля 2026 — Статья в «Коммерсанте»

[7] ВЦИОМ. Стресс и как с ним бороться — аналитический обзор. 1 декабря 2025 — Исследование ВЦИОМ

[8] ВЦИОМ. Индекс потребности россиян в психологической поддержке. 2024 — Исследование ВЦИОМ

[9] ВЦИОМ. Адаптивная солидарность — треть населения в тревожно-депрессивном состоянии. 28 апреля 2025 — Исследование ВЦИОМ

[10] Росстат. Сборник «Здравоохранение в России 2025» — Сборник Росстата (PDF)

[11] Эксперт. Заболеваемость депрессиями и стрессовыми расстройствами в России выросла на 21,5%. 2 февраля 2026 — Статья на Expert.ru

[12] RTVI. В России выросла заболеваемость депрессиями и тревожными расстройствами. 2 февраля 2026 — Статья на RTVI

[13] РБК. Усталость россиян — данные опроса. 30 октября 2025 — Статья на РБК

[14] РБК. Названы регионы-лидеры по психическим заболеваниям. 3 сентября 2025 — Статья на РБК

[15] ТАСС. Регионы с наибольшей заболеваемостью психическими расстройствами. 4 сентября 2025 — Статья на ТАСС

[16] РИА Новости. Психические расстройства по регионам России. 4 сентября 2025 — Статья на РИА Новости

[17] Ведомости. За первое полугодие 2025 года 395 подростков совершили суицид. 14 августа 2025 — Статья в «Ведомостях»

[18] Известия. Россия вошла в топ по числу суицидов в Восточной Европе. 21 февраля 2025 — Статья в «Известиях»

[19] Точно.ст. Уровень суицидов среди пожилых мужчин в России — выше среднего. 19 июня 2025 — Исследование проекта «Если быть точным»

[20] Медвестник. Число людей с психическими расстройствами в России достигло почти четырёх миллионов. 3 декабря 2024 — Статья на «Медвестнике»

[21] Интерфакс. Около четырёх миллионов россиян состоят на психиатрическом учёте. 13 февраля 2024 — Статья на «Интерфаксе»

[22] Тинькофф-журнал. Сколько россиян страдает ментальными расстройствами — данные Института измерения здоровья (IHME) — Статья в Тинькофф-журнале

[23] VC.ru. Рынок психологических услуг в России 2024: объём, динамика, тренды. 6 июня 2025 — Статья на VC.ru

[24] BusinesStat. Анализ рынка психологических услуг в России — Исследование BusinesStat (PDF)

[25] РБК Компании. Психологическая помощь в цифрах: рынок растёт, стигма падает. 30 сентября 2025 — Статья на РБК Компании

[26] Известия. Рынок психологической помощи: рост спроса, новые ниши, современные подходы. 25 апреля 2025 — Статья в «Известиях»

[27] BMC Psychiatry. Глобальное бремя 12 подтипов ментальных расстройств в 204 странах, 1990–2021 (GBD 2021). 15 мая 2025 — Исследование в журнале BMC Psychiatry

[28] Nature. Молодёжь 10–24 лет и ментальные расстройства: 25,47% мирового бремени. 10 октября 2025 — Исследование в журнале Nature

[29] Lancet Global Health. Критические пробелы данных по ментальному здоровью в мире. 15 мая 2025 — Исследование в журнале The Lancet Global Health

[30] Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Здоровье с первого взгляда 2025: раздел «Ментальное здоровье». Ноябрь 2025 — Доклад ОЭСР Health at a Glance 2025

[31] Сноб. В России стали чаще диагностировать депрессии и тревожные расстройства. 2 февраля 2026 — Статья на «Снобе»

[32] Moscow Times. Резкий рост заболеваемости депрессией и тревожными расстройствами в России. 2 февраля 2026 — Статья в Moscow Times

[33] КиберЛенинка. Анализ состояния психического здоровья населения России за 30 лет (1992–2022). 2024 — Исследование на КиберЛенинке

Одиночество — не «эмоция на фоне», а фактор риска, сопоставимый по влиянию с другими социальными обстоятельствами, влияющими на физическое здоровье. 

Тихая эпидемия: как одиночество бьёт по психике и телу

Сегодня всё больше людей признаются, что ощущают себя одинокими. Каждый третий взрослый американец хотя бы раз в неделю испытывает это чувство [2]. Около 36% заявляют, что одиноки часто или постоянно [4]. Особенно уязвимы молодёжь (по опросам, 61% молодых людей часто одиноки) и мамы с маленькими детьми (51% [4]). Недаром главный врач США в недавнем докладе назвал одиночество новой «эпидемией» [1]. Хроническое чувство изоляции не только тягостно эмоционально, но и опасно для здоровья: оно повышает риск преждевременной смерти на 26% – сопоставимо с последствиями ожирения или курения [1,4].

Психологи давно заметили, что одиночество и депрессия идут рука об руку. Они могут взаимно усиливать друг друга [5,6]: постоянная тоска по общению подтачивает душевные силы и может привести к депрессивному расстройству, а депрессия, в свою очередь, заставляет человека замыкаться в себе и усиливает чувство изоляции. По некоторым оценкам, у социально изолированных людей депрессия встречается на 15–30% чаще, чем у тех, у кого крепкие социальные связи [8]. Но дело не только в депрессии. Одиночество отражается и на общем самочувствии. Статистика показывает, что люди, страдающие от нехватки общения, каждый месяц переживают на 2–3 «плохих» дня больше в эмоциональном плане [9] и минимум на один лишний день хуже чувствуют себя физически [4] по сравнению с теми, у кого нет дефицита контактов. Иначе говоря, одиночество напрямую связано с ухудшением качества жизни – как психического, так и физического [10].

Однако до сих пор учёным было непросто отделить влияние именно одиночества от других факторов. Возможно, одинокие люди чаще впадают в депрессию из-за каких-то сопутствующих причин (например, проблем со здоровьем или особенностей личности)? Чтобы разобраться, группа американских исследователей провела масштабный анализ, стремясь количественно измерить эффект субъективного чувства одиночества на риск депрессии и на число дней плохого самочувствия. Они воспользовались данными общенационального обследования поведения и здоровья (BRFSS) за 2016–2023 годы, включив более 47 тысяч взрослых участников. Каждому из них задавался прямой вопрос: «Как часто вы чувствуете себя одиноким?» – с вариантами ответа от «никогда» до «всегда». Результаты оказались красноречивы: лишь около 18% респондентов заявили, что никогда не испытывают одиночества; остальные в той или иной степени знакомы с этим чувством, причём 6% опрошенных признались, что ощущают себя одинокими всегда. Конечно, люди, испытывающие одиночество, отличаются от не одиноких по множеству параметров (возраст, пол, образование, доход и т.д.). Чтобы учесть эти различия, учёные применили метод парного сопоставления: каждому «одинокому» респонденту статистически подобрали схожего по демографическим показателям «неодинокого» респондента. В итоге сформировались две сопоставимые группы (по ~2600 человек каждая) – одинокие против не одиноких – что позволило сравнить их показатели здоровья почти как в контролируемом эксперименте.

Одиночество повышает риск депрессии 

Для первичного скрининга иногда достаточно одного вопроса «как часто чувствуете себя одиноко?» — (в исследовании он оказался информативным.) 

Анализ показал, что хроническое одиночество существенно повышает вероятность депрессии. Проще говоря, те, кто постоянно чувствуют себя одинокими, значительно чаще сталкиваются с диагнозом депрессивного расстройства, чем их не одинокие сверстники.

+39,3 п.п.(процентных пункта: то есть примерно на 39 дополнительных случаев на каждые 100 человек) риска депрессии — настолько выше шанс получить диагноз депрессии у людей, которые ощущают одиночество всегда, по сравнению с теми, кто никогда его не испытывает.

Этот почти сорокапроцентный скачок согласуется с предыдущими исследованиями, связывающими социальную изоляцию с ростом случаев депрессии [17,18]. 

Почему так происходит? 

Хроническое чувство одиночества запускает в организме постоянную реакцию напряжения: активируется система стресс-гормонов, повышается уровень кортизола, нарушается баланс «гормонов настроения» серотонина и дофамина [19-21]. Одновременно у одинокого человека нередко появляется ощущение безнадёжности и потеря жизненного смысла [22] — психологический фон, на котором легко развивается депрессия. В совокупности эти механизмы объясняют, почему одиночество столь сильно бьёт по психике.

Психическое здоровье: +11 «плохих» дней в месяц

Важно говорить не только о диагнозе депрессии, но и о количестве «плохих дней» — это понятный для широкой аудитории показатель функционального неблагополучия.

Помимо официальных диагнозов, одиночество отражается и на повседневном душевном благополучии. Те участники исследования, которые чувствовали себя одинокими постоянно, сообщали в среднем на 10,9 дня больше дней в месяц с плохим психологическим самочувствием. Иными словами, почти на полмесяца чаще их эмоциональное состояние оказывалось настолько плохим, что мешало нормальной жизни (раздражительность, депрессивное настроение, стресс и т.п.).

+10,9 дней — на столько больше в среднем дней психологического дискомфорта в месяц переживают постоянно одинокие люди по сравнению с людьми без чувства одиночества.

Этот разрыв впечатляет и подтверждает то, что наблюдали и раньше: одиночество обычно сопровождается хроническим стрессом, повышенной тревожностью и эмоциональной нестабильностью [10,28,29]. В нашем случае прослеживается очевидная зависимость: чем сильнее и чаще человек ощущает себя одиноким, тем больше у него таких «неблагополучных» дней. Причём негативный эффект усугубляется сопутствующими проблемами – например, одиночество часто сопряжено с нарушениями сна [33], а плохой сон ещё больше подрывает нервную систему и психологическую устойчивость.

Физическое здоровье: тоже под ударом (+5 дней болезни)

Одиночество отзывается не только на душе, но и на теле. У людей, которые всегда испытывали чувство одиночества, число дней с физическим недомоганием оказалось в среднем на 5 дней в месяц больше, чем у тех, кто никогда не чувствовал себя одиноким. Здесь под «днями недомогания» имеются в виду дни, когда из-за плохого физического самочувствия человек не мог заниматься привычными делами (например, обострились хронические болячки, не хватало сил на активность и т.д).

+5,0 дней — на столько больше дней с плохим физическим самочувствием приходится у постоянно одиноких людей по сравнению с не одинокими.

Почему же страдает тело? 

Исследования показывают, что одиноким людям сложнее поддерживать здоровый образ жизни: они могут нерегулярно питаться, меньше двигаться, чаще прибегать к алкоголю или другим нездоровым «утешениям» [1,10,37]. Кроме того, длительное чувство одиночества само по себе является стрессом, который со временем подтачивает организм: повышается уровень системного воспаления, ослабляется иммунная защита [30,38]. В итоге ускоряется развитие хронических заболеваний – от сердечно-сосудистых недугов до диабета. Недаром было показано, что социальная изоляция повышает риск смерти приблизительно в той же степени, что курение или ожирение [39]. Фактически, отсутствие социальных связей бьёт по физическому здоровью не меньше, чем по психическому.

Как бороться с «эпидемией» одиночества?

Эксперты сходятся во мнении, что справиться с одиночеством можно только комплексно, на уровне всего общества. Необходимы просветительские кампании, которые снизят стигматизацию проблемы и побудят людей не стесняться искать общения и поддержки [1]. В некоторых странах этому уже уделяют внимание – например, в Великобритании создана национальная программа «Борьба с одиночеством» [12]. Врачи предлагают ввести «социальные рецепты»: если пациент одинок, ему можно порекомендовать не только лекарства, но и посещение кружка, участие в волонтёрских мероприятиях или других социальных активностях [25]. Поддержку способны оказать и новые технологии. Разрабатываются онлайн-платформы и приложения для психологической помощи и поиска единомышленников, которые особенно пригодились во время пандемии [26,27]. Телемедицина и группы взаимоподдержки в интернете помогают вовлечь в общение людей из отдалённых или малонаселённых регионов. Наконец, на местном уровне важны самые простые меры: доступные всем социальные клубы по интересам, соседские центры активности, программы наставничества для тех, кто чувствует себя изолированным. Формирование культуры заботы о социальных связях – задача для школ, университетов, работодателей, медицинских учреждений и каждого из нас.

Если одиночество стало невыносимым и появляются мысли о том, чтобы не жить, — позвоните на бесплатную круглосуточную линию 
по вашему месту жительства или запишитесь 
на срочную сессию с психологом.

Ограничения исследования

Конечно, у этой научной работы есть и свои ограничения. 

 Во-первых, она основана на наблюдательных данных, поэтому нельзя на 100% утверждать, что именно одиночество напрямую вызывает ухудшение здоровья – возможно, существуют неучтённые факторы (например, определённые черты личности или тяжёлые жизненные события), которые влияют и на склонность к одиночеству, и на психическое или физическое состояние. 

 Во-вторых, все показатели измерялись через самооценку участников. Люди сами сообщали, чувствуют ли они себя одинокими, диагностировалась ли у них депрессия, сколько дней за месяц их самочувствие было плохим. Такие опросы неизбежно грешат погрешностями памяти и субъективности: кто-то может приуменьшать проблемы из желания выглядеть благополучнее, а кто-то, наоборот, склонен драматизировать. 

 В-третьих, градация одиночества по категориям («редко», «иногда», «обычно» и т.д.) весьма условна. Одиночество – сложное переживание, которое трудно свести к этим пятью степеням; к тому же чувство изоляции может меняться со временем, а продольной динамики в данном исследовании не учитывали. 

 В-четвёртых, данные взяты из телефонного опроса, что само по себе накладывает ограничения. Самые уязвимые и изолированные люди – те, у кого нет телефона или кто не выходит на связь – могли попросту не попасть в выборку. Это значит, что влияние одиночества на здоровье может быть даже недооценено. Наконец, хотя учёные старались учесть множество фоновых параметров (возраст, пол, образование, семейное положение, доход, регион проживания и др.), они не располагали информацией обо всех возможных социальных детерминантах. Например, такие факторы, как характеристики района проживания, доступ к медицинской помощи или наличие близких друзей, остались за кадром, а ведь они тоже могут влиять и на уровень одиночества, и на здоровье.

Несмотря на перечисленные оговорки, новое исследование даёт веские доказательства того, что одиночество – не просто душевная печаль, а серьёзный фактор риска для психического и физического благополучия. Осознание этого факта – важный шаг для системы здравоохранения и общества в целом. Если относиться к одиночеству как к значимой угрозе здоровью, можно разработать и внедрить меры, которые помогут людям найти связь с другими и тем самым улучшат их самочувствие. Адресные интервенции – от групп поддержки до социально ориентированных городских программ – способны смягчить негативные эффекты одиночества, снизив бремя депрессии и хронических болезней [25]. В будущем учёным предстоит проверить эффективность таких мер: насколько они реально уменьшают чувство изоляции и улучшают здоровье людей в долгосрочной перспективе. Также требуется найти способы поддерживать крепкие социальные связи в нашем всё более цифровом мире, где живое общение нередко подменяется виртуальным. В конечном счёте, борьба с одиночеством – это не только про эмоциональный комфорт, но и про наше здоровье и долголетие. Поддерживая человеческие связи, мы делаем общество не только более счастливым, но и более здоровым.

Заключение и итоги: что получилось в цифрах 

Насколько часто люди вообще сообщают об одиночестве

В аналитической выборке 82,4% сообщили, что в той или иной степени испытывают одиночество:

• 6,2% — «всегда»,
• 8,3% — «обычно»,
• 37,9% — «иногда»,
• 29,9% — «редко». 
  И 17,7% ответили «никогда». 

Для более корректного сравнения авторы сопоставили две группы: 2 609 человек, которые сообщали об одиночестве, и 2 609 человек, которые отвечали «никогда», получив «сбалансированную» пару групп. 

Кто чаще попадает в группу «всегда одиноко»

В описании «Always lonely» группа преимущественно белая (64,5%), чаще женщины (55,0%), и чаще возраст 45–64 года. 

Главный результат: связь одиночества с депрессией и «плохими днями»

По сравнению с теми, кто никогда не чувствует одиночества, у людей с ответом «всегда одиноко» наблюдается:

• рост вероятности когда-либо иметь диагноз депрессии на 39,3 процентного пункта (ATE = 0,39; 95% ДИ 0,34–0,44), 
• увеличение «плохих» дней психического здоровья на 10,9 дня за 30 дней (95% ДИ 9,8–11,9), 
• увеличение «плохих» дней физического здоровья на 5,0 дня за 30 дней (95% ДИ 3,8–6,1). 

У части людей треть месяца проходит в состоянии субъективно плохого психического самочувствия.

Частое одиночество статистически связано и с более высокой вероятностью депрессии, и с большим числом дней, когда человеку плохо психологически и физически. Итоговый вывод авторов сформулирован прямо: одиночество — «сильный предиктор» этих исходов, а меры против социальной изоляции потенциально могут уменьшать вред для здоровья. 

При этом надо помнить: это наблюдательное (не экспериментальное) исследование на основе опроса. IPW и поправки на ковариаты помогают приблизиться к оценке эффекта, но полностью «закрыть» причинность в таких данных невозможно.

Пройди тест на депрессию, узнать свое состояние с помощью умной анкеты, получить результат бесплатно

Ограничения, которые признали авторы исследования: 

• Самоотчёт: люди могут недооценивать/переоценивать и одиночество, и «плохие дни», что влияет на точность. 
• В BRFSS нет подробных данных о «структурных» причинах одиночества (характеристики района, доступ к помощи, социальный капитал), и это может менять контекст связи. 
• Градации «всегда/обычно/иногда…» упрощают сложное переживание, а динамика одиночества во времени не отражена. 
• Телефонный опрос потенциально не видит часть наиболее уязвимых людей (включая тех, у кого нет доступа к телефону или кто находится в крайне тяжёлой изоляции). 
  
  Источник: medRxiv (Cold Spring Harbor Laboratory).
  Тип публикации: препринт научного исследования.
  Перевод и редакционная адаптация: выполнены для русскоязычного издания.
  Оригинальная статья: DOI: 10.1101/2025.02.02.25321551.
  
  Референсы 

1. The U.S. Department of Health and Human Services.
   «Наша эпидемия одиночества и социальной изоляции». Консультативный доклад Главного санитарного врача США о целительных эффектах социальных связей и сообщества; 2023.
   URL: https://www.hhs.gov/sites/default/files/surgeon-general-social-connection-advisory.pdf
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37792968/
2. Association AP.
   Новый опрос APA: каждый третий американец чувствует одиночество каждую неделю; 2024.
   URL: https://www.psychiatry.org/news-room/news-releases/new-apa-poll-one-in-three-americans-feels-lonely-e
3. Vasan S, Eikelis N, Lim MH, Lambert E.
   Оценка влияния одиночества и социальной изоляции на медицинскую грамотность и связанные со здоровьем факторы у молодых взрослых. Frontiers in Psychology. 2023;14.
   URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychology/articles/10.3389/fpsyg.2023.996611/full
4. Hawkley LC.
   Одиночество и здоровье. Nature Reviews Disease Primers. 2022;8(1):22.
   URL: https://www.nature.com/articles/s41572-022-00355-9
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/35422043/
5. Lee SL, Pearce E, Ajnakina O, Johnson S, Lewis G, Mann F, et al.
   Связь одиночества и депрессивных симптомов у взрослых 50+ лет: 12-летнее популяционное когортное исследование. The Lancet Psychiatry. 2021;8(1):48–57.
   URL: https://www.thelancet.com/journals/lanpsy/article/PIIS2215-0366%2820%2930383-7/fulltext
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/33181096/
6. Sbarra DA, Ramadan FA, Choi KW, Treur JL, Levey DF, Wootton RE, et al.
   Одиночество и депрессия: двунаправленный менделевский рандомизационный анализ на данных трёх крупных GWAS-исследований. Molecular Psychiatry. 2023;28(11):4594–4601.
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37735503/
   URL: https://doi.org/10.1038/s41380-023-02259-w
7. Hawkley LC, Cacioppo JT.
   Одиночество имеет значение: теоретический и эмпирический обзор последствий и механизмов. Annals of Behavioral Medicine. 2010;40(2):218–227.
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/20652462/
   URL: https://doi.org/10.1007/s12160-010-9210-8
8. Kraav S-L, Lehto SM, Junttila N, Ruusunen A, Kauhanen J, Hantunen S, et al.
   Депрессия и одиночество могут быть напрямую связаны без промежуточных факторов. Nordic Journal of Psychiatry. 2021;75(7):553–557.
   URL: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/08039488.2021.1894231
   URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/33719828/
9. Katherine V. Bruss PS, Guixiang Zhao.
   Одиночество, дефицит социальной и эмоциональной поддержки и проблемы психического здоровья — США, 2022. 2024.
   URL: https://www.cdc.gov/mmwr/volumes/73/wr/mm7324a1.htm
10. Amy Novotney.
    Риски социальной изоляции: как психологи изучают способы борьбы с одиночеством у групп повышенного риска (например, пожилых). American Psychological Association; 2019.
    URL: https://www.apa.org/monitor/2019/05/ce-corner-isolation
11. Association AH.
    Социальная изоляция и одиночество могут повредить здоровью сердца и мозга — говорится в отчёте. 2022.
    URL: https://www.heart.org/en/news/2022/08/04/social-isolation-loneliness-can-damage-heart-and-brain-health-report-says
12. Loneliness CtE.
    Campaign to End Loneliness: письменное представление Комитету по здравоохранению, социальной помощи и спорту по вопросу одиночества и изоляции.
    URL: https://business.senedd.wales/documents/s63182/Paper%205%20-%20Submission%20from%20Campaign%20to%20End%20Loneliness.html?CT=2
    URL: https://www.campaigntoendloneliness.org/
13. Reinhardt GY, Vidovic D, Hammerton C.
    Понимание одиночества: систематический обзор влияния инициатив “social prescribing” на одиночество.Perspect Public Health. 2021;141(4):204–213.
    URL: https://journals.sagepub.com/doi/abs/10.1177/1757913920967040
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/34159848/
14. Hewings DHMaR.
    Оценка эффективности вмешательств по борьбе с одиночеством. 2023.
    URL: https://www.gov.uk/government/publications/exploring-interventions-to-tackle-loneliness/evaluation-of-interventions-to-tackle-loneliness
15. Lim MH, Manera KE, Owen KB, Phongsavan P, Smith BJ.
    Распространённость хронического и эпизодического одиночества и социальной изоляции: данные лонгитюдного исследования. Scientific Reports. 2023;13(1):12453.
    URL: https://www.nature.com/articles/s41598-023-39289-x
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37528108/
16. CDC BRFSS.
    Behavioral Risk Factor Surveillance System (BRFSS): портал данных. 2024.
    URL: https://www.cdc.gov/brfss/index.html
    URL: https://www.cdc.gov/brfss/annual_data/annual_data.htm
17. Mann F, Wang J, Pearce E, Ma R, Schlief M, Lloyd-Evans B, et al.
    Одиночество и возникновение новых проблем психического здоровья в общей популяции. Soc Psychiatry Psychiatr Epidemiol. 2022;57(11):2161–2178.
    URL: https://link.springer.com/article/10.1007/s00127-022-02261-7
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/35583561/
18. Luo M.
    Социальная изоляция, одиночество и депрессивные симптомы: 12-летнее популяционное исследование временной динамики. J Gerontol B Psychol Sci Soc Sci. 2023;78(2):280–290.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/36315577/
    URL: https://doi.org/10.1093/geronb/gbac174
19. Brandt L, Liu S, Heim C, Heinz A.
    Влияние стресса социальной изоляции и дискриминации на психическое здоровье. Translational Psychiatry.2022;12(1):398.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/36130935/
    URL: https://doi.org/10.1038/s41398-022-02178-4
20. P S, Vellapandian C.
    Гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая (HPA) ось: возможные механизмы участия в стресс-индуцированной болезни Альцгеймера и депрессии. Cureus. 2024;16(8):e67595.
    URL: https://www.cureus.com/articles/281833-hypothalamic-pituitary-adrenal-hpa-axis-unveiling-the-potential-mechanisms-involved-in-stress-induced-alzheimers-disease-and-depression
    URL: https://doi.org/10.7759/cureus.67595
21. Mikulska J, Juszczyk G, Gawrońska-Grzywacz M, Herbet M.
    HPA-ось в патомеханизмах депрессии и шизофрении: новые терапевтические стратегии. Brain Sciences.2021;11(10):1298.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/34679364/
    URL: https://doi.org/10.3390/brainsci11101298
    URL: https://www.mdpi.com/2076-3425/11/10/1298
22. Franco-ÓByrne D, Gonzalez-Gomez R, Morales Sepúlveda JP, Vergara M, Ibañez A, Huepe D.
    Влияние одиночества и социальной адаптации на депрессивные симптомы: поведенческие и нейробиологические данные. Frontiers in Psychology. 2023;14.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychology/articles/10.3389/fpsyg.2023.1096178/full
23. Cacioppo S, Grippo AJ, London S, Goossens L, Cacioppo JT.
    Одиночество: клиническое значение и вмешательства. Perspect Psychol Sci. 2015;10(2):238–249.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/25866548/
    URL: https://doi.org/10.1177/1745691615570616
24. Lee SL, Pearce E, Ajnakina O, Johnson S, Lewis G, Mann F, et al.
    Связь одиночества и депрессивных симптомов у взрослых 50+ лет: 12-летнее когортное исследование. Lancet Psychiatry. 2021;8(1):48–57.
    URL: https://www.thelancet.com/journals/lanpsy/article/PIIS2215-0366%2820%2930383-7/fulltext
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/33181096/
25. Aughterson H, Fancourt D, Chatterjee H, Burton A.
    Социальное назначение (social prescribing) для людей с психическими расстройствами: этнографическое исследование механизмов, через которые группы сообщества поддерживают психосоциальное благополучие.Wellcome Open Res. 2024;9:149.
    URL: https://wellcomeopenresearch.org/articles/9-149
    URL: https://doi.org/10.12688/wellcomeopenres.20981.1
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/38952567/
26. Magid K, Sagui-Henson SJ, Sweet CC, Smith BJ, Chamberlain CEW, Levens SM.
    Влияние цифровых сервисов психического здоровья на одиночество и ментальное здоровье: результаты проспективного наблюдательного исследования. Int J Behav Med. 2024;31(3):468–478.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37488324/
    URL: https://doi.org/10.1007/s12529-023-10204-y
    URL: https://link.springer.com/article/10.1007/s12529-023-10204-y
27. Boucher EM, McNaughton EC, Harake N, Stafford JL, Parks AC.
    Влияние цифрового вмешательства (Happify) на одиночество во время COVID-19: качественное фокус-групповое исследование. JMIR Ment Health. 2021;8(2):e26617.
    URL: https://mental.jmir.org/2021/2/e26617/
    URL: https://doi.org/10.2196/26617
28. Velotti P, Rogier G, Beomonte Zobel S, Castellano R, Tambelli R.
    Одиночество, эмоциональная дисрегуляция и интернализирующие симптомы во время COVID-19: модель структурных уравнений. Frontiers in Psychiatry. 2021;11.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychiatry/articles/10.3389/fpsyt.2020.581494/full
29. Ahmed M, Cerda I, Maloof M.
    Разорвать порочный круг: взаимосвязь одиночества, метаболических заболеваний и психического здоровья.Front Psychiatry. 2023;14:1134865.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychiatry/articles/10.3389/fpsyt.2023.1134865/full
30. Xia N, Li H.
    Одиночество, социальная изоляция и сердечно-сосудистое здоровье. Antioxid Redox Signal. 2018;28(9):837–851.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/28903579/
    URL: https://doi.org/10.1089/ars.2017.7312
31. Van Bogart K, Engeland CG, Sliwinski MJ, Harrington KD, Knight EL, Zhaoyang R, et al.
    Связь одиночества и воспаления: данные выборки пожилых людей. Front Behav Neurosci. 2021;15:801746.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/behavioral-neuroscience/articles/10.3389/fnbeh.2021.801746/full
32. MacAulay RK, Timblin HR, Tallman MD.
    Как одиночество “проникает под кожу”: воспаление как медиатор связи между одиночеством и скоростью ходьбы. Psychosom Med. 2024;86(2):99–106.
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/37982542/
    URL: https://doi.org/10.1097/PSY.0000000000001268
33. Griffin SC, Williams AB, Ravyts SG, Mladen SN, Rybarczyk BD.
    Одиночество и сон: систематический обзор и мета-анализ. Health Psychol Open. 2020;7(1):2055102920913235.
    URL: https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/2055102920913235
    URL: https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/32284871/
34. Dworschak C, Mäder T, Rühlmann C, Maercker A, Kleim B.
    Двунаправленные связи между одиночеством, социальной связанностью и сном: анализ на уровне черт и состояний. Scientific Reports. 2024;14(1):17300.
    URL: https://www.nature.com/articles/s41598-024-68045-y
35. Smith KJ, Gavey S, Riddell NE, Kontari P, Victor C.
    Связь одиночества, социальной изоляции и воспаления: систематический обзор и мета-анализ. Neurosci Biobehav Rev. 2020;112:519–541.
    URL: https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0149763419308292
    URL: https://doi.org/10.1016/j.neubiorev.2020.02.002
36. Gu S, He Z, Sun L, Jiang Y, Xu M, Feng G, et al.
    Влияние одиночества, вызванного COVID-19, на психическое здоровье: качество сна и нетерпимость к неопределённости как медиаторы. Frontiers in Psychiatry. 2021;12.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychiatry/articles/10.3389/fpsyt.2021.738003/full
37. National Academies of Sciences, Engineering, and Medicine.
    Социальная изоляция и одиночество у пожилых людей: возможности для системы здравоохранения.Washington (DC): National Academies Press; 2020.
    URL: https://www.nationalacademies.org/read/25663
    URL: https://doi.org/10.17226/25663
38. Ahmed M, Cerda I, Maloof M.
    Разорвать порочный круг: взаимосвязь одиночества, метаболических заболеваний и психического здоровья.Frontiers in Psychiatry. 2023;14.
    URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychiatry/articles/10.3389/fpsyt.2023.1134865/full
39. Holt-Lunstad J, Smith TB, Layton JB.
    Социальные отношения и риск смертности: мета-аналитический обзор. PLoS Med. 2010;7(7):e1000316.
    URL: https://journals.plos.org/plosmedicine/article?id=10.1371%2Fjournal.pmed.1000316
    URL: https://doi.org/10.1371/journal.pmed.1000316

Если одиночество стало невыносимым и появляются мысли о том, чтобы не жить, — позвоните на бесплатную круглосуточную линию 122 или запишитесь на срочную сессию с психологом.

Женщины страдают от сезонной усталости вдвое чаще мужчин – исследование.
Опросы показывают, что женщины сильнее подвержены сезонной усталости.

Аналитики отмечают значительный гендерный разрыв в накопленной усталости. Согласно свежим данным, собранным при участии телеграм канала Baza, 21% женщин сообщают о сезонной усталости (чувстве упадка сил в определённые периоды года) – это почти вдвое больше, чем среди мужчин (лишь 11%). В целом подавляющее большинство россиян в возрасте 18–55 лет (до 90%) чувствуют потребность в «перезагрузке» – отдыхе от работы и повседневной рутины. Более половины опрошенных (57%) испытывают тягу к передышке как минимум раз в месяц. Главными причинами такого состояния люди назвали накопившуюся усталость (60% респондентов), рабочий стресс (54%) и однообразие жизни – жажду новых впечатлений (41%).

Женщины устают сильнее мужчин. 

Опрос также выявил, что женщины значительно чаще сталкиваются с эмоциональным истощением: о «дефиците эмоций» заявили 31% участниц против 19% среди мужчин. Похожая картина и с желанием побыть наедине с собой – стремление к уединению ощущают 27% женщин и лишь 15% мужчин. При этом уровень рабочего стресса оказался одинаково высок у обоих полов, то есть дело не столько в нагрузке на работе. Свою роль могут играть и внешние факторы: сезонные изменения климата нередко влияют на самочувствие. К примеру, по данным Национального института психического здоровья США, сезонное аффективное расстройство (форма депрессии и упадка сил, возникающая зимой при сокращении светового дня) встречается у женщин заметно чаще, чем у мужчин.

Как отдыхают и перезагружаются. 

Интересно, что для восстановления сил россиянам не всегда нужен долгий отпуск – многие находят отдых дома или в простых занятиях. Около 62% опрошенных признались, что способны как следует отдохнуть, просто проводя время дома, 53% переключаются с помощью онлайн-развлечений (фильмов, игр и т.п.), а 52% предпочитают прогулки на природе. Большинство респондентов при этом не планируют длительный отпуск, ограничиваясь короткими выходными: лишь 22% готовы взять полноценный отдых на 5–7 дней. Бюджет на досуг у четверти опрошенных не превышает 3 000 рублей, еще 23% назвали пределом сумму в 5 000 рублей, и только около 7% планируют тратить на отдых до 15 000 рублей. Эти цифры отражают бережное отношение к расходам и времени даже при острой потребности в перерыве.

Мировые параллели: усталость и отдых.

 Тенденция высокой усталости и нехватки отдыха наблюдается не только в России, но и за рубежом. В США недавний опрос показал рекордный уровень усталости: 73% американцев заявили, что «крайне нуждаются в отпуске». Тем не менее многие из них не используют даже те выходные, что положены: почти половина работников в США (48%) не планирует выбрать весь оплаченный отпуск к концу года. Вместо длительных каникул всё более популярны короткие перерывы. Около одной трети американцев сообщили, что их первый отпуск в 2025 году продлится всего две ночи или меньше – так называемые «микро-отпуска», позволяющие чаще брать паузы без отрыва от работы на долгий срок.

Международные исследования подтверждают, что женщины повсеместно испытывают усталость сильнее. Например, учёные из Австралии выяснили, что хроническая утомляемость встречается у женщин примерно вдвое чаще, чем у мужчин. Причиной этого во многом оказывается более высокий уровень стресса и сопутствующие проблемы со сном у женщин, усиливающие ощущение усталости. Своеобразный гендерный эффект обнаружило и исследование NASA: наблюдатели, оценивая усталость людей по невербальным сигналам, чаще недооценивали степень утомления женщин, хотя сами женщины сообщали о большем чувстве усталости, и одновременно переоценивали усталость мужчин. Иными словами, женщины могут лучше скрывать или компенсировать свое переутомление, поэтому окружающим оно заметно меньше. Неудивительно, что в корпоративных опросах прослеживается схожая картина: в США 49% работающих женщин сообщили о признаках выгорания, тогда как среди мужчин этот показатель составил 41%.

Психологи советуют не игнорировать нарастающую усталость и тем более апатию. По словам эксперта сервиса психологов онлайн “Спокойно” Ирины Илыяковой, состояние эмоциональной опустошённости часто является следствием выгорания (либо перенесённого стрессового события), и если подавленность и усталость сохраняются слишком долго, стоит обратиться за помощью к профессионалу. Такой своевременный «перезапуск» – будь то короткий отдых, смена обстановки или консультация с психологом – поможет избежать более серьёзных проблем со здоровьем и вернуть энергичность в повседневную жизнь.